Просто приеду. Как ты приехал, когда мне было хуево. Покурю с тобой.
- Считаешь, мама права? И ради нас всех это нельзя простить?
- Мой психоаналитик говорил, если ты хаваешь, не прощая внутри, то вся энергия твоей обиды обрушится на разрушения тебя - алкоголь, клиническая депрессия, расстройства личности, онкология иногда... Не жалко маму?
- Так пусть простит! Все же просто.
Двери открываются, выходят Аксёновы. Александр Викторович, придерживает дверь Светлане Александровне.
Подходят к нам. Лицо обоих в контрастных пятнах.
Но стараются выглядеть спокойными. С Александром Викторовичем пожимаем руки. Его пальцы подрагивают.
- Здравствуй, Максим, - нервным голосом здоровается Светлана Александровна. - Отца приехал поддержать? Вся группа поддержки на его стороне, - чуть невменяемо и с горечью улыбается она.
Ян, психуя, открывает ей заднюю дверь.
- Потому что, мам!.. Потому что...
- Я с тобой не поеду, - бросает на Яна раненый прохладный взгляд Светлана Александровна.
- Нет, - качаю головой, встревая в разговор.
Хотя, да, ехал поддержать Яна и отца. Но...
- Не отца, а Вас поддержать.
Открываю ей дверь своей машины.
Удивлённо хмурится.
Подавая руку, помогаю сесть.
Стреляю гневным взглядом в Яна, стуча пальцем по виску.
Неторопливо катаю задумчивую и грустную Светлану Александровну.
- Может, Вам чего-то хочется?
- То, чего мне хочется, Максим... - вздох, - большой грех. И гордыня.
Это - сдохнуть что ли?"
"- Понимаю. Был в похожей ситуации.
- С нашей Таней?
- С ней.
- Я догадывалась... - вздох. - Мне очень жаль.
- И вот, знаете, что самое дерьмовое в такой ситуации?
- Что?
- Что ты вроде как обрубаешь все с человеком, чтобы наказать его, отрекаешься, чтобы ему доказать что-то... А херово-то тебе. Потому что потерял-то любимого человека ты, а не он.
- Да. Да, Максим. Как верно ты говоришь, - сжимает поддерживающе мое предплечье.
- Так вот... Я хотел Вам сказать. Я говорил с... отцом. В вашей ситуации, Вы никого не потеряли.
Он - да. А Вы - нет. Он хочет все равно быть рядом и будет. И будет делать все, чтобы восстановить отношения. А если не сможет, быть рядом в любой роли, в которой позволите.
- Зачем ты мне это говоришь?
- Чтобы Вы не страдали от потери! - пожимаю плечами. - Он наказан в этой ситуации. А Вы нет. Он все равно Ваш. Чтобы сейчас Вы не творили, у вас априори индульгенция, у него бесконечная порка. Вы ему не принадлежите, а он вам - да.
Грустно улыбается.
