Петр Георгиевич сурово свел брови."
"— Это общеизвестно. А где он, вы не знаете! Так я вам скажу: бывший подполковник Фокин отбывал семилетний срок в спецколонии № 7 в Нижнем Тагиле, второй отряд! Но полгода назад был освобожден условно-досрочно!
Каймаченко понял, что Горемыкин специально изучал вопрос и осведомлен лучше его. Но зачем шефу это нужно? Уж конечно, не для того, чтобы просто показать свое превосходство, в котором никто из присутствующих и так не сомневается. Начальник СБ не стал отвечать, тем более что не знал, о чем говорить.
— Вышел на волю и живет припеваючи, хотя подлежит безусловной ликвидации!
Руководитель «Консорциума» откинулся на высокую спинку своего глубокого кожаного кресла и свысока рассматривал Каймаченко и всю рать его подчиненных. До тех пор, пока их головы вновь не опустились к богатому ковру.
— Вы смотрите телевизор? — внезапно спросил Горемыкин.
Столь резкое изменение темы окончательно сбило всех с толку.
— Так некогда, Петр Георгиевич, — ответил за всех
Каймаченко, надеясь, что таким образом он косвенно похвалил и себя, и подчиненных.
— А напрасно. Со следующей недели пойдет интересный сериал. Очень интересный!
Горемыкин снова ударил кулаком но столу. — Там все герои знакомые — и Фокин, и Карданов, и мы в роли полных олухов и идиотов!
— Как? Откуда?
— Да так! И я еще не знаю, что они там наснимали! Руководители СБ растерянно переглянулись. С такими случаями они еще не сталкивались.
— Про Фокина я вспомнил не случайно, — снова заговорил Горемыкин.
— Он, как и вы, упустил Карданова.
Одна неприятная тема, поднятая председателем, сменялась другой, не более приятной. Но и к делу Макса Карданова Каймаченко тоже имел косвенное отношение: им занимался Куракин, а потом Атаманов. И, возможно, именно поэтому расстались с жизнью. А сейчас Горемыкин неспроста коснулся этой темы и упомянул Карданова. Как бы не пришлось двинуться по следам своих предшественников. Каймаченко почувствовал, как у него вспотели ладони. Да и шея под тугим воротником рубашки тоже.
— Надеюсь, вы знаете, где сейчас Карданов? — Вопрос шефа прозвучал, как упавший на шею Каймаченко остро отточенный нож гильотины.
«Значит, наши старые грехи руководитель „Консорциума“ припоминает в связи с делом Карданова», — понял Владислав. Взгляд его уперся в собственные переплетенные пальцы с коротко стриженными ногтями.
— Он… за границей. Скорее всего в Англии. Оказывается, и эта информация уже была известна Горемыкину.
