Пропустите, я хочу выйти на воздух.
Все четверо рассмеялись, будто услышали что-то очень смешное. И Макс понял, что они собирались не обыграть богатого попутчика. Они собирались его убить. И тоже бросить в грузовой трюм.
— Попалась птичка, так сиди тихо, — процедил Поль. Он перестал улыбаться.
— Хватит ломать комедию, он все понял! — грубо сказал Жорж и, схватив Макса за волосы, оттянул его голову назад. Поль перегнулся через стол и выбросил руку с ножом. Действовали они согласованно, и кровь Карданова должна была брызнуть на кровяную колбасу.
Но вышло иначе.
Индийская трость под столом уперлась Полю в живот, Макс нажал потайную кнопку, и мощная пружина выбросила из потайного канала узкое трехгранное лезвие. Раздался дикий вопль боли и ужаса, Поль выронил нож и отпрянул, схватившись руками за пронзенный живот. Его приятели оцепенели, рука Жоржа ослабла, Макс резко дернул головой и освободился. Локтем он ударил в лицо вертлявого и, навалившись всем телом, сбил его с лавки. Жорж полез за пазуху.
Макс рванул трость обратно, вскочил и, орудуя антикварным раритетом будто шпагой, сделал выпад, проколов возившегося за пазухой Жоржа. Тот тоже дико заорал и рухнул под стол. Теперь настала очередь вертлявого. Макс перехватил трость, и косой штыковой удар сверху вниз буквально пригвоздил тощее тело к дощатому полу. Сильным рывком Макс без труда освободил оружие. В чем преимущество конструкции старинного стилета: он хорошо входит в тело и, не застревая, легко выходит.
Недаром знаменитый русский штык сохранил эту форму.
Любой бой, и штыковой в том числе, ведется до полной победы. Макс повернулся к высокому. Сейчас тот уже не смеялся. Скованный ужасом, он забился в угол и что-то быстро говорил на незнакомом языке. В испуганном оскале открылись острые, как у животного, зубы. До него было больше двух метров, поэтому Макс перехватил трость, как копье, и с силой метнул. Окровавленный стилет, как иголка ткань, прошил клетчатую рубашку, грудную клетку и вонзился в стену.
Высокий любитель чужих денег повис на клинке, как пришпиленный к картону жук. За двести лет своей жизни искусно выкованная итальянская сталь не раз пила человеческую кровушку, но сегодня у нее явно был рекордный день.
Макс профессионально осмотрелся. Все четверо врагов были надежно выведены из строя и не представляли опасности. Все были пока живы. Ножом и даже штыком убить человека не так легко, как показывают в лихих кинокартинах.
