Появление Добанеско настолько ожидаемо, что я даже не шелохнулась и на его усмешку фыркаю:
— Привет, Эфрон.
— Ого, — парень обходит меня и вырастает прямо перед носом. Придирчиво рассматривает меня и книги на столе. — Чувство такое, что ты все подряд набрала.
— Так и есть.
— Что с тобой, Буч?
— Когда ты перестанешь так меня называть? — устало буркаю, укладываясь щекой поудобнее. Вообще мне нравится запах старых книг. Странно, но он успокаивает и оставляет ощущение чего-то домашнего.
— Когда мне надоест, тогда и перестану, — хмыкает он.
— Какая-то ты скучная.
— Спасибо за наблюдение.
Добанеско явно никуда не собирается уходить. Продолжает сверлить меня своим присутствием и взглядом.
Бесит.
С другой стороны…
— Эф?
— Решила со мной пообщаться? — подхватывает он, надменно вскинув брови.
— Типо того, — поворачиваю голову, упираясь подбородком в плечо и смотрю на него исподлобья. — Я могу с тобой поговорить о личном?
— Возможно. Сразу говорю, выполнять функцию дамского надушенного платочка не собираюсь.
Закатив глаза, шумно втягиваю воздух. Не то чтобы я сильно хотела откровенничать с Эфроном. Скорее, я рассчитываю на то, что он высмеет мои страхи и переживания и затем я вычеркну их из головы, как нечто запятнанное.
Как знать…
— Меня беспокоит Эрин и Аргалон.
Редко можно увидеть на лице парня удивление и это как раз тот случай.
— Так.., — протягивает Добанеско, давая понять, что готов меня слушать.
— Мне не нравится, что Эрин в темнице и я чувствую себя виноватой. Да да, я помню, что она мне подкинула подлянку и учитываю это.
А еще Аргалон кажется мне слишком жестоким.
— Жестоким по отношению к тебе?
— Не знаю. Скорее нет. По отношению к другим.
— Например к служанке и мошеннице Эрин?
— Типо того.
— Насколько знаю, она шпионила и в целом оказалась далеко не такой милашкой, какой казалась в начале, — цедит задумчиво Добанеско. А потом громко выдыхает и более жестко произносит, — слушай, у Аргалона сейчас обострены до предела все инстинкты и все что касается тебя, его беспокоит.
— Да он меня даже не помнит.
— Какая разница. Он помнит эмоции и поддается ощущениям зверя. К тому же, у нас военный конфликт. Ты ожидала, что мы друг друга будем закидывать георгинами, а потом дружно побежим пить медовый эль? Как бы ни так. Ты в опасности и дракон будет стремиться оградить тебя от любых рисков.
— Ты говоришь об этом так уверенно.
— Потому что так и есть. Я сам, как драконорожденный, лучше многих понимаю нашу природу.
