Нет. Не пройти, они вооружены. Это солдаты. Кто из них кто — непонятно. Художник не попытался как-то обозначить принадлежность воинов.
Или лишить принадлежности изображенных отрядов, сделав их безликими и была самоцель картины.
Всматриваюсь…Чем больше всматриваюсь, тем глубже в сознании укореняется мысль, что я не туда смотрю.
Это невнятное творение словно хочет рассказать о чем-то большем. О том, что сразу не заметишь. За размытыми волнами людей я не сразу замечаю маленький силуэт замка на фоне хвойного леса.
Когда мне удается рассмотреть крошечное строение, деревенею на месте.
В ушах звенит.
Откуда этот звон?
Эта краска…Я не очень хорошо разбираюсь в живописи, но меня смущают мазки масла. В некоторых местах они словно положенные другой рукой.
В воспоминаниях всплывает закулисный разговор двух представителей мира искусства. Это было на том самом аукционе, в разгар которого я стала счастливой обладательницей кланового артефакта темных ассасинов. Мужчины обсуждали предстоящую выставку и спорили о переделанных картинах и скрытом смысле.
Тогда, готовясь к своему выходу, я сконцентрировала внимание на отдельных фразах, потому что стало интересно. Но я слабо себе представляла как выглядит то, о чем они общались.
А сейчас я щурусь, впиваюсь взглядом в краску и выуживаю из головы тот разговор.
Хочу дотянуться рукой и поскрести изображение ногтями.
За дверью галереи что-то внезапно громыхает и я подпрыгнув на месте, отдергиваю руку.
Приближаюсь, осторожно тяну за ручку.
Выглядываю. В конце широкого коридора на меня оборачиваются два стража, охраняющие вход в тот самый зал, куда я изначально собираюсь попасть.
Полсекунды моего ступора и я решаюсь выйти из галереи, в сторону зала, где проходят совещания.
Дверь закрыта, но я слышу громкое:
— Очередной прорыв нечисти! Третий за последнюю неделю. Аномалии учащаются и во всех случаях мы наблюдаем выверенность в их поведении. Вейн Аргалон, вы знаете, что это значит.
Голос не узнаю, но упоминание нечисти само по себе вызывает ледную дрожь.
Один из стражей вырастает передо мной непроходимой стеной.
— Туда нельзя!
— Я хотела поговорить с его светлостью, — вскидываю голову на стражника.
— Вейн Аргалон сейчас занят. Позже, — мужчина сдвигает на переносице суровые брови.
Дверь со стороны галереи тихо хлопает и в следующее мгновение меня за локоть хватает широкая ладонь и меня рывком тянут обратно.
— Что ты тут делаешь? — Эфрон разворачивает меня на себя, когда мы оказываемся средь картин.
