Протолкнуться на не самых расторопных лошадках сквозь толпу показалось безумным квестом.
Раскрыв от удивления рот, изучала обстановку.
Вереницы людей, паломники, купцы с дарами, вояки и наемники, девушки в цветочных венках и полупрозрачных одеждах, простые крестьяне…
Их было так много, что в глазах двоилось и от шума несмолкаемых голосов в ушах стоял гул.
Но не надолго.
В одно мгновение громкий рой стих и земля содрогнулась от звериного рева.
Испуганно вскинув голову, я сжала поводья.
По толпе пронеслась громоздкая тень от огромного существа, парящего в небе.
Сверкая черной чешуей, дракон быстрым взмахом перепончатых крыльев взметнулся в воздух из-за высоких макушек деревьев. Быстро рассек воздух, проносясь над сотнями ошарашенных глаз за каменные ворота замка.
Огромный крылатый монстр растворился за высокими стенами, а я не моргая продолжаю всматриваться в небо. В то место, где только что сверкала чешуя.
— Невероятно, правда? — весело интересуется Добанеско.
Мне стоит огромных трудов вернуть свою челюсть на место.
На уровне подсознания продолжаю отрицать и сопротивляться увиденному.
Аргалон жив и он превратился в дракона!
То, что впринципе казалось невозможным даже для этого мира — произошло.
Меня охватывает такой ощутимый шок, что я не слышу людской гул вокруг. А люди безумно и хаотично копошатся, желая побыстрее пробиться, попасть на территорию и увидеть снова чудо.
Драконорожденные так давно утратили способность обращаться, что возможность однажды расправить крылья — стала считаться легендой.
Чем-то более невозможным.
И вот… Все изменилось.
Сердце забилось часто-часто, разгоняя по венам взбудораженную кровь.
Желание побыстрее увидеть Аргалона забилось в висках адреналином.
Эта толпа…Как же много людей. Нам не проехать.
Скольжу взором по тесно прижатым друг к другу людям, стремящимся примкнуть к тем, кого пропускают стражи.
Кажется, что несколько часов точно придется простоять.
— Я говорил, что лошади плохая затея, — усмехается Добанеско, перекрикивая людской гул.
— Сейчас попробуем пробиться, — Эфрон дергает поводья и на расстоянии подает знак охране у ворот.
Как ни странно, но они замечают и несколько стражей выходят на встречу. Разгоняя народ, образуют узкий коридор, позволяющий нам проехать на территорию.
— Такое каждый день происходит с момента пробуждения? — я киваю на толпу, что осталась позади.
— Почти. С утра и до ночи, — выдыхает Добанеско, направляя коня от ворот в сторону огромного замка.
