Парни быстро двигались за секретарем и заметив меня, сбавили шаг. Поймала на себе взгляд Табальта. Уголок губ парня дернулся в оскале.
Когда он увидел идущего за мной Добанеско, у Лаоса почернели глаза.
Эфрон коснулся моего локтя, будто с предостережением и призывом двигаться дальше.
Видимо Томас, Лаос и компания как раз вступили в ряды почитателей верховного.
Плохо, очень плохо.
Я зашагала быстрее, стараясь разминуться с парнями, Добанеско словно щит, отгородил меня от них, но внезапно, когда мы почти скрылись за углом, его окликнули:
— Эфрон, и что, даже не поздороваешься?"
"Я обернулась.
Добанеско замер, а за его спиной нагло ухмыляясь стоял Табальт.
— Что тебе, Лаос? — Эфрон повернул голову в пол-оборота.
— Поговорить надо, — колкий взгляд Табальта зацепился за меня, — а это случайно не наша преступница?
— Нет, — Добанеско стиснул зубы, меня подтолкнул и одними губами произнес, — быстрее уходи.
Вздрогнув, я шагнула за угол, последний раз поймав на себе взгляды Лаоса и Эфрона.
Настороженный от Добанеско и сканируще-ледяной от Табальта.
«Эфрон разберется. Они ему ничего не сделают» — мысленно успокоила себя.
Ведь правда ничего не сделают?
Подумать только, мои задиры оказались на вражеской для меня стороне. С таким раскладом мне действительно опасно разгуливать по академии. Остается надеяться, что мои друзья не станут мне врагами.
Пока мысли в голове мечутся, я бегу, перескакивая по ступенькам, пока не оказываюсь в холле на этаже. Многолюдно.
Жмусь к стене, оценивая взбудораженную обстановку.
Аргалона не вижу. Дальше по коридору его кабинет.
— Вот же она. Виолетта? — раздается глухой голос госпожи Феронски и у меня нутро покрывается льдом.
Оборачиваюсь.
Откуда не ожидала, вижу свою бывшую начальницу в компании двух мужчин в одежде служителей культа сил разлома. Феронски указывает на меня и мужчины делают шаг.
Меня в этот момент будто бьет разрядом тока.
— Виолетта?
Я срываюсь с места, врезаюсь в широкую спину адепта. Потом чуть не сбиваю девушек.
— Осторожнее! — вскрикивает одна из них.
— Прости, — по инерции отвечаю я.
Улавливаю, как один из служителей культа поднимает руку для атакующего заклинания, но другой мужчина одергивает его.
«Они не будут использовать боевые формулы в академии. Не публично и не сейчас» — проскальзывает в голове осознание.
Или не хотят сеять панику раньше времени или не желают привлекать внимание. Вряд ли переживают, что кто-то кроме меня может пострадать.
