Я, прожигая Аарона взглядом, не сразу услышала, как она добавила:
– Ох, что начнется, когда abuela узнает, что у тебя служебный роман. Догадываешься, что она скажет?
На том же автопилоте я ответила:
– Uno no come donde caga[21].
Аарон дернул губами.
– Eso es[22]. – Мама хихикнула. – Иди, занимайся делами. Когда приедешь на свадьбу, расскажешь нам про своего мужчину, хорошо?
«Нет», – чуть было не ответила я. Иначе захлебнусь своим же враньем.
– Конечно, мама, – вместо этого сказала я. – Люблю тебя. И передай папе, что его я тоже люблю.
– Я тоже тебя люблю, cielo[23], – произнесла мама перед тем, как повесить трубку.
Набрав в грудь живительного воздуха, я уставилась на человека, который только что в сотню раз усложнил мне жизнь. Телефон я как ошпаренная бросила на стол.
– С матерью говорила?
Я кивнула, не в силах сказать ни слова. Лучше молчать. Одному богу известно, что еще я могу ляпнуть.
– Дома все хорошо?
Вздохнув, я снова кивнула.
– А что это значит? – спросил Аарон с искренним любопытством.
– Та испанская фраза, которую ты произнесла в самом конце?
Голова после ужасного катастрофического разговора все еще шла кругом. У меня нет времени играть с Аароном в переводчика. Вдобавок он последний человек, с которым я готова общаться.
Господи, и как ему это удается? Появиться на глаза и в считаные секунды довести меня до белого каления.
Я покачала головой и огрызнулась:
– Зачем тебе знать?
Аарон вздрогнул. Самую малость, но я заметила.
Чувствуя себя дурой, я закрыла лицо руками, пытаясь успокоиться.
– Прости, – прошептала я. – Я слегка не в себе. Аарон, чего ты хотел? – негромко спросила я, глядя на столешницу. Куда угодно, лишь бы не на мужчину напротив. Не хотелось показывать, как мне плохо. Если было бы можно, я бы забилась под стол – только бы спрятаться с глаз.
Я не видела его лица и перемену в настроении заметила, только когда он заговорил.
– Я распечатал кое-какие документы, их можно использовать при подготовке одного из семинаров, которые мы запланировали.
Аарон говорил на удивление мягко. Для сухаря вроде него, разумеется.
– Я положил их тебе на стол.
Ох.
Я скользнула взглядом по деревянной поверхности, увидела папку и почувствовала себя откровенной идиоткой.
Это чувство забурлило в животе, еще сильнее утягивая меня в пучину отчаяния.
– Спасибо. – Я потерла пальцами виски и закрыла глаза. – Можно было просто отправить по почте.
Тогда ничего бы не случилось.
– Ты любишь делать пометки от руки.
Да, люблю.
