– И, может, еще разок, пока собираем вещи. Главное, управиться за пятьдесят две минуты. Уверен, что успею.
О господи. Даже не сомневаюсь!
Как ни странно, мы уложились в срок.
Блекфорд сполна подтвердил свои навыки.
В аэропорт мы приехали вовремя, даже успели позавтракать.
В самолете Аарон обнимал меня за плечи, а я прижималась к его боку. Голову положила на изгиб шеи и упивалась восхитительным запахом, то и дело испуская счастливые вздохи. Это новое ощущение – что происходящее как нельзя нормально – было таким сильным, что я заснула еще до взлета.
Только когда самолет коснулся американской земли, в голове прозвучал тревожный звоночек. Нам надо поговорить. Будь я умнее, то использовала бы для разговора тот запас времени, который был у нас, пока мы сидели бок о бок в ограниченном пространстве. Нам нужно подвести черту, определить и разграничить все, что между нами было. Решить, что с этим делать. Аарон – не посторонний мне человек. Не случайный мужчина, с которым я завела интрижку и провела фантастическую, умопомрачительную ночь.
Это Аарон. Мой коллега. Будущий начальник. Значит, нужен другой подход. Что бы он ни планировал. Чего бы мы ни хотели.
В общем, нам надо срочно все обсудить.
Он по-прежнему обнимал меня за талию, большим пальцем вырисовывая круги по футболке. Я подняла голову, встречаясь с ним взглядом. Как же быстро я успела привыкнуть к его глазам. Они нравились мне даже больше брауни с тройным шоколадом.
Мы вышли в зал прибытия и оказались в самом центре терминала, на нью-йоркской земле.
Всего несколько шагов отделяли нас от дверей аэропорта. От того, что ждало за ними.
– Лина… – мягко начал Аарон.
Судя по голосу, он собирался сказать нечто важное, но одно это короткое слово, мое домашнее имя – не Каталина, как обычно, – что-то перевернуло в груди.
– Мне нравится, когда ты так меня называешь. По имени, – тихо слетело с губ, как будто мимоходом. – Ты редко называешь меня Линой.
Аарон долго смотрел мне в глаза, никак не комментируя мое замечание. Когда я решила, что он ничего не скажет – мы молча выйдем из аэропорта и разойдемся в разные стороны, – он заговорил:
– Поехали со мной.
Ко мне домой.
Я, застигнутая врасплох, захлопала ресницами. Ошеломленно застыла. В голове билась мысль о том, как здорово было бы провести с ним остаток выходных. Немного насладиться его обществом, прежде чем возвращаться к реальной жизни. Оттянуть неизбежный разговор, который зафиксирует – или перечеркнет – все, что между нами произошло.
