Чемодан скрежетнул колесами, ноги пристыли к полу, дыхание застряло в горле. Двери раскрылись, выпуская человека перед нами.
Я уставилась на Аарона – тот шел рядом, но теперь опередил меня на пару шагов. Моя битком набитая сумка опять висела у него на плече.
– Аарон, – прохрипела я. «Бам-бам-бам» в ушах загремело громче. – Я не могу.
Легкие словно забило цементом. Я прижала к груди руку.
– Ay Dios. – Я выдохнула. – Ay Dios mío.
Как нас угораздило зайти так далеко?
Что делать теперь, когда план разваливается на части? Как быть, если я все испорчу?
Наверное, я чокнутая.
Или, точнее, дура. Дать бы себе по лицу. Может, хоть так приду в чувство?
Взгляд заметался в поисках спасения. Пути назад не было. Только двери, которые отделяли нас от моих родителей и за которыми пассажиры исчезали один за другим.
– No puedo hacerlo[46], – забормотала я, не узнавая собственного голоса. – Не могу. Я не могу выйти и соврать своей семье в глаза. Не получится. Они меня раскусят. Я выставлю себя полной дурой. Идиоткой, потому что…
Аарон ухватил меня за подбородок, приподнял голову и заставил посмотреть ему в глаза.
– Эй. – Под флуоресцентными лампами терминала его радужка казалась ярче обычного. – Все ты сможешь.
Окончательно лишившись дара речи и почти потеряв самообладание, я вяло помотала головой. Аарон не убирал руку.
– Никакая ты не дура.
Он цепко смотрел мне в глаза.
Я на мгновение зажмурилась, не желая видеть его взгляда довеском к тому, что и без того чувствовала.
– Не могу, – прошептала я, все-таки открывая глаза.
Аарон заговорил тверже:
– Каталина, хватит дурить.
Он держал меня бережно, но словами рубил без жалости. Очень жестоко – учитывая, что он говорит с женщиной на грани нервного срыва.
Слова Аарона помогли мне – или, скорее, заставили – сделать вдох. Я втянула в себя воздух всей грудью и шумно его выпустила. Аарон смотрел мне в глаза со странным выражением, которое должно было бы перепугать до полусмерти, однако вместо этого вернуло в реальность.
– Мы справимся, – уверенно сказал он.
Мы.
Одно короткое слово из двух букв отчего-то прозвучало громче остальной фразы.
Затем, будто выждав самый подходящий момент, когда я буду в наибольшей степени готова, Аарон нанес решающий удар:
– Ты не одна. Я с тобой. Мы вместе и обязательно справимся.
Почему-то я ему поверила. Не стала задавать вопросы и спорить.
Больше мы не говорили. Я испуганно смотрела в синие глаза, и между нами тянулась нить молчаливого со-глаия.
Между нами.
