Хочешь правду? Я даже читаю по слогам и пишу с ошибками. Чем я могу зарабатывать себе на жизнь? Или «магией», или мошенничеством. Все.
— Марк говорил, ты быстро учишься, — улыбнулась Рита, испытывая причудливую смесь из жалости, облегчения и благодарности.
— Двадцать лет жизни, которые я провела в психушке, мне все равно не догнать. Он сейчас со мной, потому что это удобно. Не нужно тратить время и силы на завоевание девушки, на ухаживания, свидания и все в таком духе. Со мной ведь этого можно не делать, я и так есть, я и так его.
— В ее голосе Рите на мгновение почудилась обида. — Захотел — приехал. Захотел — остался на ночь. Захотел — позвал на озеро. Не захотел — не приехал, не остался, не позвал. Иногда даже не позвонил. Но рано или поздно ему это надоест. И эта магия, и я. Или он встретит ту, на которую захочется тратить время и силы, ради которой захочется все изменить. Я это прекрасно понимаю.
— И ты отступишь? Я думала, ты его любишь."
"— Я ему благодарна, — поправила ее Лера. — Он сделал для меня столько, сколько никто и никогда не делал.
Я считаю его лучшим из людей и пойду на что угодно ради него. Но люблю ли я его? — Она пожала плечами. — Иногда мне кажется, что я вообще не умею любить. Я не знаю, что это. Меня никто никогда не любил и не научил любить в ответ. А благодарность подразумевает делать человеку так, как ему лучше. И если ему будет лучше с другой, я уступлю.
Рита молчала, жалея о том, что не знала этого три дня назад. Возможно, тогда Марк не уехал бы один.
Разумная ее часть говорила, что она остановила его не только из-за Леры и что ничего не изменилось бы от того, ночевали бы они в одной постели или в разных. Дальше события все равно слились бы в одно русло: она ушла на работу, а он уехал с Ксенией, но Рита не слушала эту часть.
— Так что путь свободен, — заключила Лера, глядя на нее с грустной улыбкой. — Дерзай.
— О, я вовсе не это имела в виду, — смутилась Рита и отвела взгляд, хотя это ее не спасло: Лера и так знала, что это.
— Мое дело предложить, — пожала плечами она.
— А дальше разбирайтесь сами.
До самой Твери они больше не разговаривали. Лера теперь молча смотрела в окно, а Рита чувствовала себя крайне неловко. Не стоило заводить этот разговор, хоть его результат и грел ее изнутри ласковым теплом. Быть может, Лера и согласна отойти в сторону, но вовсе не жаждет этого, Рита это видела. По крайней мере, сейчас она кому-то нужна, и ее наверняка пугает, что с ней станет, когда это изменится.
