Именно поэтому ваш клиент находится здесь, и именно поэтому выйдет он отсюда лишь затем, чтобы отправиться в федеральную тюрьму, где будет ждать суда.
Старр сурово уставился на меня. Я было решил, что попал в точку. Но он захлопал в ладоши:
— Браво, сержант! Спасибо, давно я так не смеялся. Значит, весь ваш карточный домик держится на этой абракадабре с фургоном? Который ваша свидетельница десять дней не могла опознать, а теперь вдруг опамятовалась?
— Откуда вы знаете? — возмутился я.
— Просто я, в отличие от вас, работаю, — взорвался Старр.
— А вам полезно было бы знать, что ни один судья не сочтет доказательством подобную чушь! У вас нет никаких реальных улик. Стыдитесь, сержант, ваше расследование достойно бойскаута. Если вам нечего добавить, позвольте нам с моим клиентом откланяться.
Дверь комнаты открылась. Майор испепелил нас взглядом, пропустил Старра и Тенненбаума, а когда они удалились, влетел в комнату и в бешенстве так пнул стул, что тот отлетел к стене. Я никогда не видел его в таком гневе.
— Значит, это и есть ваше хваленое расследование? — заорал он. — Я вас просил ускориться, а не заниматься черт-те чем!
Мы с Джесси, не проронив ни слова, опустили глаза, отчего майор только больше разъярился:
— Ну, что вы можете сказать в свое оправдание, а?
— Майор, я убежден, что это сделал Тенненбаум, — произнес я.
— Убеждены, Скотт? И что это за убежденность? Убежденность копа, та, что не дает ни есть, ни спать, пока дело не раскрыто?
— Да, майор.
— Ну так работайте! Вон отсюда оба, и чтобы все расследовали заново!
— 6.
Убийство журналистки
Среда, 2 июля — вторник, 8 июля 2014 года
Джесси Розенберг
Среда, 2 июля 2014 года
24 дня до открытия фестиваля"
"Целая армада машин экстренных служб и скорой помощи, пожарных фургонов и полицейских автомобилей со всего округа, скопившаяся на 17-м шоссе, перекрыла все подступы к Оленьему озеру. Дорожная полиция всех отправляла в объезд, луга между двумя перелесками были обнесены заграждениями, у которых дежурили сотрудники полиции, оттеснявшие поток любопытных и журналистов.
Мы с Анной и Дереком, а также шефом Гулливером и кучкой полицейских стояли в нескольких десятках метров оттуда, на пологом склоне, поросшем высокой травой и зарослями ежевики, и молча смотрели на расстилавшуюся перед нами изумительную водную гладь, покрытую разнообразной растительностью. Среди зелени, прямо посреди озера, отчетливо виднелось белесое пятно. В кувшинках запуталось человеческое тело.
