Они решили встретить огонь критики с открытым забралом и дать прямо сегодня утром пресс-конференцию в мэрии. Я считал, что ничего хуже придумать нельзя: на данный момент нам нечего было сказать журналистам, зачем лишний раз подставляться?
В коридорах мэрии мы с Анной и Дереком до последней минуты пытались их убедить отказаться на время от публичных заявлений, но тщетно.
— Проблема в том, что пока вы журналистам ничего конкретного объявить не можете, — объяснял я.
— Потому что вы не удосужились найти что бы то ни было! — гремел помощник прокурора.
— С самого начала этого расследования!
— Нам нужно еще немного времени, — защищался я.
— Времени у вас было более чем достаточно! — возразил помощник прокурора. — А в результате я вижу катастрофу, трупы и обезумевшее население. Вы импотенты, вот что мы заявим прессе!
Я повернулся к майору Маккенне в надежде найти поддержку:
— Майор, вы не можете взваливать всю ответственность на нас. Безопасность театра и города обеспечивали вы и Монтейн.
Майор на это неловкое замечание взвился как ужаленный.
— Это что за наглость, Джесси! — заорал он. — Кто, как не я, покрывал тебя с самого начала этого дела. Мне вчера вечером звонил губернатор, у меня уши в трубочку свернулись от его крика! Он хочет пресс-конференцию, он ее получит.
— Извините, майор.
— Мне плевать на твои извинения, Джесси. Вы с Дереком открыли этот ящик Пандоры, так извольте закрыть его обратно.
— Майор, вы что, предпочли бы замять это все и не искать правду?
— По-моему, до тебя до сих пор не дошло, какую бурю ты поднял, снова взявшись за это дело, — вздохнул майор.
— Скоро полетят головы, и не моя! Почему ты не ушел в отставку, как собирался, а? Почему не занялся своей жизнью, получив все причитающиеся почести?
— Потому что я по жизни коп, майор.
— Или по жизни остолоп. Даю вам с Дереком время до конца недели, закрывайте дело. Если в понедельник с утра убийца не будет сидеть у меня в кабинете, я тебя уволю из полиции без пенсии, Джесси.
И тебя тоже, Дерек. А теперь делайте свое дело и дайте нам делать наше. Нас ждут журналисты.
Майор с помощником прокурора направились в конференц-зал. Браун, прежде чем последовать за ними, повернулся к Анне и произнес:
— Хочу, чтобы ты знала заранее, Анна: я сейчас официально объявлю, что новым шефом полиции Орфеа будет Монтейн.
Анна побледнела.
— Как? — задохнулась она. — Вы же сказали, что он только врио, пока я не закончу расследование.
