Я к нему не притрагивался, мне казалось, что это лучший способ похоронить всю эту историю. Там наверняка еще оставалось немало денег.
— А пресловутый анонимный звонок? Вы в конце концов выяснили, кто звонил?
— Нет, Анна, так и не выяснил.
* * *В тот вечер Анна пригласила нас с Дереком к себе домой на ужин.
Мы оросили трапезу несколькими бутылками отличного бордо, и, когда после кофе попивали ликер в гостиной, Анна предложила:
— Если хотите, можете переночевать здесь. В гостевой комнате довольно удобная кровать.
Новая зубная щетка каждому из вас найдется, а футболку себе подберете какую угодно: у меня от бывшего мужа осталась целая куча, я их зачем-то храню.
— Прекрасная мысль, — решил Дерек. — Расскажем друг другу про нашу жизнь. Анна про своего бывшего, я про свои административные кошмары, а Джесси — про свой проект ресторана.
— Ты собираешься открывать ресторан, Джесси? — спросила Анна.
— Не слушай его, Анна, он, бедняжка, просто перепил.
Дерек заметил на журнальном столике текст «Черной ночи», Анна взяла ее домой почитать.
— Ты вообще когда-нибудь отдыхаешь? — сказал он, беря в руки пьесу.
Все сразу посерьезнели.
— Не понимаю, почему эта пьеса представляла для Гордона такую ценность, — сказала Анна.
— Настолько, чтобы хранить ее в банковском сейфе, — подхватил Дерек.
— Вместе с банковскими документами, обличающими Брауна, — добавил я. — Может, он хранил эту пьесу как гарантию защиты от кого-то?
— Думаешь, от Кирка Харви? — спросила Анна.
— Не знаю, — ответил я.
— В любом случае сам по себе текст пьесы особого интереса не представляет. И Браун утверждает, что Гордон при нем никогда ее не упоминал.
— Можно ли верить Алану Брауну? — усомнился Дерек. — Учитывая, сколько всего он от нас скрыл…
— Ему вроде незачем врать, — заметил я. — К тому же мы с самого начала знали, что в момент убийства он находился в фойе Большого театра, приветствовал десятки гостей.
Мы с Дереком оба прочли пьесу Харви, но, видимо, слишком устали и так и не поняли, что такого в ней нашла Анна.
— А может, это как-то связано с подчеркнутыми словами? — предположила она.
— Подчеркнутыми словами? — удивился я. — Ты о чем?"
"— В тексте десяток слов подчеркнуты карандашом.
— Я думал, это пометки Харви, — сказал Дерек. — Может, он какие-то поправки хотел внести.
— Нет, по-моему, тут что-то другое, — ответила Анна.
Мы сгрудились у стола. Дерек взял текст, а Анна записывала слова, которые он произносил.
