— Ты занимаешься ее карьерой, ставишь ее на обложку, а я? Я так и буду жалкой нелепой секретаршей, почту приносить?
— Но, Элис, опомнись, ты же не пишешь статьи!"
"— Пишу! Веду писательский блог, ты мне сам говорил, что очень хороший. Почему ты не печатаешь фрагменты оттуда в нашем журнале?
— Элис, я…
Она оборвала меня гневным жестом и приказала, рассекая воздух платком, словно объезжала лошадь:
— Хватит пререкаться! Ты что, решил произвести на меня впечатление своей жалкой тряпкой? За проститутку меня держишь? Думаешь, меня можно купить?
— Элис, что ты от меня хочешь? — взмолился я.
— Я хочу, чтобы ты выставил эту дуру Стефани вон! Хочу, чтобы ты ее уволил, и немедленно!
Она встала, давая понять, что разговор окончен. Я хотел ласково взять ее за руку, удержать, но она впилась в мою ладонь ногтями.
— Скажи спасибо, что глаза тебе не выцарапала, Стиви. И слушай хорошенько: в понедельник с утра Стефани Мейлер будет уволена, понял? Иначе прямо в понедельник все узнают, что́ я от тебя вытерпела.
Вспоминая сегодня этот разговор, я сознаю, что мог тогда не уступить. Не уволь я Стефани, Элис заявила бы в полицию, выдала меня и жене, и всем встречным и поперечным. Мне бы пришлось расплачиваться за свои поступки. Я мог бы взять на себя ответственность, но для этого я был слишком труслив. Поэтому в понедельник я, сославшись на финансовые проблемы, уволил Стефани Мейлер из «Нью-Йорк литерари ревью». Перед тем как уйти, она в слезах зашла ко мне в кабинет с коробкой личных вещей в руках.
— Не понимаю, за что вы так со мной, Стивен. Я пахала на вас день и ночь.
— Мне очень жаль, Стефани. Проклятая конъюнктура, пришлось сильно сокращать бюджет.
— Неправда, — сказала она. — Я знаю, что Элис вами манипулирует. Не волнуйтесь, я никому ничего не скажу. Можете спать спокойно, я вас не выдам.
После ухода Стефани Элис успокоилась и теперь изо всех сил трудилась над своим романом. Говорила, что ей пришла в голову гениальная идея и книга получится отличная.
Так прошло три месяца, наступил декабрь 2013 года.
Рождественские праздники обошлись мне в 1500 долларов за кулон для Элис и 150 долларов за оригинальную бижутерию для жены, которая, со своей стороны, сделала нам сюрприз: подарила всей семье недельный отдых на солнышке. Объявила она об этом в пятницу вечером и, сияя, показала туристические проспекты: «Вечно мы считаем каждую копейку, ничего себе не позволяем. Я с Пасхи откладывала со своей зарплаты, чтобы мы провели Новый год на Карибах».
