Ярополк недовольно выдохнул и сдался:
— Уговорили! Отмойте эту уродину, приведите в приличный вид, я взгляну на неё и приму решение. Постарайтесь сделать так, чтобы никто не догадался, что чучело и эта ваша Ксения – один человек. Скажите, что она прошла отбор на следующий день и никто ее не видел.
Наконец, свершилось! В камине бодро трещит костёр. Собаки с лаем убежали на кухню, там принесли рубленое мясо, а старейшина и советник, вздохнув с облегчением, протянули на подпись приказ, забрать девицу во дворец.
— Гонцов отправим сейчас же!
— Постойте, постойте.
Она по отцу из южан? Её магия, если так можно выразиться, подходит и Восточному клану и Южному? — неожиданно и Ярополк начал соображать.
— Д-да, Ваше сиятельство!
— Чёрт! На балу был представители Восточных и Южан, они обожают шпионские игры. Они так же, как и вы, сейчас собирают данные о ней. Просто заберите эту девицу, в любом случае ей место во дворце. Поспешите! И чтобы ни единого слова Дмитрию, он слишком часто суёт свой нос в наши дела, раз отказался, значит, пусть занимается делами рода, но не всего клана! С девушкой сами разберёмся! — прорычал князь-наследник, впервые осознавая, как тяжела ноша бремени власти! Сердце кричит одно, а обстоятельства вынуждают действовать иначе.
— Слушаю-с! Ваше сиятельство!
Вместо Радмилы в отборе победило чучело, и с этим что-то нужно срочно делать!
Глава 5. Крушение
Жених уехал по делам и сказал, что к вечеру непременно вернётся и потребовал, чтобы невеста в приличном платье его встречала.
Так и сказал.
Но тётка отдала пару старых сарафанов из сундука своей давно умершей свекрови и теперь стоит в центре коморки и наблюдает, как я натягиваю старые чулки, и поверх женской исподней рубахи деревенский сарафан из самого дешёвого ситца, которое и тронуть страшно, рассыпается. А уж как сыростью «обновы» пахнут, хоть нос затыкай.
— Если ко мне сваты приедут, то позвольте, я своей одеждой займусь? — ох рискую, знаю ведь, что прилетит по зубам наотмашь, но не перелетело. Удивительно.
Ана замерла, руки в боки, старая домашняя душегрея не сходится на толстом пузе, но её вопросы красоты мало волнуют, она держится, чтобы не ударить, только из-за денег, какие за меня должен купец.
— Позор прикрыть хватит, а остальное пусть муж твой покупает, мы о приданом не договаривались! Пусть благодарит, что я тебя кормлю! А то пять монет удержал за работу, моя же девка работает, мне же и платить?
— Я и работаю за троих! — напоминаю, раз уж мы сегодня расстаёмся.
