— Нам не страшен паладин, нас ведь пять, а он один…
Хрусть! Героическая скамья, внесшая в ряды светлого воинства смятение и создавшая огромные бреши, сломалась. Темные лишились стратегического преимущества и светлые перехватили инициативу.
— Нам не страшен паладин, нас четыре он один…
Бабах! Светлые рыцари сравнивают счет, а один из темных пробивает хлипкую барную стойку головой. Какое-то время он еще пытается встать, но вскоре затихает.
— Нам не страшен паладин, трое нас, а он один…
Цванг! Светлый и темный столкнулись лбами и присоединились к неподвижным товарищам.
— Нам не страшен паладин, двое нас, а он один…
Оставшиеся на ногах рыцари с упоением дубасили друг друга, мстя за павших.
— Нам не страшен паладин, он один… И я один! Ой!
Темный, сделав пируэт, с грохотом падает прямо на мой стол, разнеся его вдребезги.
Так, а вот это уже плохо — на ногах лишь я и Навка. Мои все лежат, а светлых еще трое есть. Помятых, но не утративших воинственности. Их взгляды скрестились на мне, а после они синхронно сделали шаг в мою сторону.
И… Понеслась, и все смешалось — рев, хруст, мельканье рук, ног.
Я наугад колотил кулаками во тьме — оба глаза мгновенно были подбиты. Меня трясли, рвали, кто-то сунул пальцы мне в рот, я укусил эти пальцы. Послышался отчетливый хруст — кажется я их откусил. Рука отдернулась и тут же, как поршень, ударил кулак, и голова затряслась, посыпались искры. Я смог встать, на рефлексах отпрянул, попал на корчащееся тело, мне горячо дохнули в щеку. Я колотил, молотил кулаком по горячо дышавшему рту.
Я распалялся, я бил, а лицо под кулаком уже сделалось скользким.
Потом между ног мне всунулась коленка, и я упал, я все забыл от боли, а на меня уже валились сцепившиеся тела. А потом все внезапно кончилось.
— Живой? — сквозь маленькую щелку заплывших глаз я увидел Навку, которая вытащила меня из кучи тел.
— Не уверен. Надо подумать.
— А весело тут у вас. Прям не ожидала. Наслаждайся победой, меня тут как бы нет, — находилась она в невидимости, поэтому казалось, что я все сам.
— Эй, светлые твари, валите отсюда на хрен! Мы победили!!! — заорал я, и меня поддержали стоны боли с обеих сторон.
Сразу появилась охрана с лекарскими артефактами. Темных лечили первыми — награда победителям. Светлых утаскивали в соседнее помещение и уже там приводили в порядок.
Я, как единственный относительно твердо стоявший на ногах, первый удостоился этой чести — Навке-то похер. На ней вообще ни одной царапины не было.
