Две машины с охраной высадили нас перед входом, а сами перекочевали к толпе таких же, как они, бедолаг, что будут ожидать богатых детишек и тащить потом их пьяных домой. Внутрь им хода не было.
Фейс-контроль на входе показал, что я пока еще вполне вменяемый князь, и поэтому дальше я прошел свободно. К Навке вообще никаких вопросов не возникло — на время она стала невидимой, вместе с одеждой.
Впрочем, она сразу появилась, стоило нам войти в царство музыки и веселья. Увидев машущую мне рукой Таньку, я пошел к столику, за котором уже сидел и Гиви, планомерно накачивающийся модным в этом сезоне коктейлем «Три висельника» — ром, водка и апельсиновый сок.
Танька же просто пила водку, считая, что это стильно.
Дружеские объятья, взаимное представление — Навка, согласно нашей договоренности, стала баронессой Навьей Шишиговной, приехавшей к нам по обмену из-за Урала. Мол, тут она в первый раз, моя гостья и все такое.
Гиви тут же решил подкатить к ней яйца, за что был послан в грубой форме. Это привело Таньку в восторг и она предложила выпить той на брудершафт.
За них, красивых, и козлов мужиков.
— А чего так-то? — поинтересовался я, рассматривая меню и ни хрена в нем не понимая. Ну вот что, например, мне должно было сказать блюдо с таким названием — «Труп из подворотни»? Или напиток «Отрыжка жреца»?
— Хрень полная. Это были худшие две минуты в моей жизни.
— Реально, что ли? — неподдельно удивился я. — Настолько все плохо у него?
— Даже хуже, — мрачно отозвалась она. — Мало того, что скорострел.
Так еще и орудие у него мелкокалиберное. И заряжается так долго, что я не выдержала и ушла. Тоска-печаль.
— Зато у Видара как у коня. И может долго, — влезла в разговор Навка.
— Правда? — заинтересовалась та. Потом замотала головой. — Не, фу-фу-фу!.. С друзьями спать нельзя. Это мой… ик… принцип.
— Быстрые вы, — завистливо протянул Гиви, осматривая зал в поисках кого-нибудь симпатичного.
Кстати, через два столика от нас обнаружилась Настя. Ну та, из Темниковых которая. Сидела она в большой компании, среди которой был и этот урод Кривдин.
Она демонстративно к нему льнула, правда, без особой радости на лице, как мне показалось. Будто повинность какую исполняла. При этом она старательно делала вид, что меня не замечает. Ну, и я не стал лезть — раз не хочет здороваться, ее право.
— А чего это Видар у нас трезвый⁈ Мы же тут по поводу собрались!!! А ну, догоняй!!!
В стакана мне плеснули какой-то жидкости, по запаху напоминавшей растворитель.
