Книга Империя включает форсаж — читать онлайн бесплатно полностью

Отрубание головы мне тут, конечно, не грозит, это не Галлия, тут в ходу газовые камеры или новомодные инъекции цианида… а как же электрический стул, спросите вы? Не, его давно отменили, слишком ненадёжно и муторно. Но в остальном история несчастного Квентина (не Тарантино) мне была очень близка и понятна — я же тоже ни от чего не отрёкся и никого не сдал, за что гуманный, но справедливый суд округа Санта-Моника, штат Калифорния, влепил мне на всю катушку.

Почему я до сих пор живой, продолжите допытываться вы? А я вам отвечу, что американская бюрократия в этих вопросах многократно превосходит советскую, вон в соседней камере сидит некто Чарли Брайтон, серийный маньяк и убийца, милейший человек, если что, на его совести то ли 17, то ли все 20 загубленных душ, он их бензопилой распиливал — так он ждёт своей очереди в газовую камеру уже шесть с половиной лет, и это далеко не рекорд.

Бывает, как говорят люди в теме, и много побольше. Но ежедневное ожидание, что вот-вот к тебе придёт делегация с официальным циркуляром, заломает руки за спину и отведёт, куда следует, по всем хорошо известному коридору, сильно напрягает. Если не верите, загляните в «Записки из мёртвого дома» Фёдор Михалыча…

С другой стороны клетки у меня в соседях Вильям Бонин, так называемый «убийца с автострады». Убил порядка 20 молодых мужчин и подростков, которые просили подвезти их автостопом, и это только доказанные эпизоды. Насиловал, ясное дело, сначала, а потом убивал, тела расчленял. Поймали его абсолютно случайно, один парень выжил и дал показания.

Сейчас этот Вильям стал весьма набожен, непрерывно читает молитвы, а пастор (Вилли протестант) заходит к нему, как на работу. А заходит ли православный священник ко мне, спросите вы? Был один раз, да… он мне не понравился, так что повторять эти процедуры я отказался.

Милая, короче говоря, у меня кампания, очень милая. Могу и про свою нынешнюю жилплощадь рассказать, почему нет. Размером она три на два погонных метра, с одного боку койка, двухэтажная — я волен спать хоть вверху, хоть внизу.

В торце стол, намертво вделанный в решётку, табуретка, привинченная к полу и унитаз-компакт. Всё. Гулять можно, три маленьких шага вдоль койки туда, три шага обратно. Еду подают в откидывающуюся вниз кормушку, размер открываемого отверстия такой, чтобы голову нельзя было просунуть, а узенький пластмассовый поднос пожалуйста. Два раза в неделю прогулка, у смертников отдельный график.