– Скажите, Николай, – заговорил наконец отец Сильвестр, – вы не поторопились с венчанием?
– Думаю, поторопились, но это было желание Марии Николаевны, высказанное в довольно непреклонной форме.
– Даже так? – несколько удивился архиепископ.
– А вы думали, это я потащил под венец великую княжну?
– Ничего такого я не думал, но полагал, что это было ваше совместное решение.
– Нет. Понимаете, все произошло в Екатеринбурге, когда мы уже отправились в Омск. Сначала Мария Николаевна попросила показать ей дом Ипатьева, в котором их содержали и в котором расстреляли.
Снаружи ведь она его толком не видела. Я был против, но она настояла. Знаете, бывают ситуации, когда с ней бесполезно спорить.
– Понимаю, – улыбнулся отец Сильвестр, – женщина.
– Вот именно. В доме этом находился какой-то штаб, было полно военных, и я стоял спиной, чтобы не привлекать внимания, а девушки… – Увидев недоумение на лице архиепископа, Николай пояснил: – Мария Николаевна и моя сестра Катя.
Девушки вроде как бы закрыли меня. Мария Николаевна смотрела довольно долго. Потом она рассказала мне, что молилась и мысленно разговаривала с ними, и когда сказала про меня, то увидела лицо отца. Он улыбался и кивал головой.
– Да, все в руце Божьей! Значит, видение было! Да, тогда да! Конечно! Но тем не менее ваше положение от этого стало только сложнее. Супружеские обязанности вы же не имеете возможности исполнять?
– Не имеем, но это не самое страшное.
Знаете, от воздержания еще никто не умирал. Тем более что в ближайшее время внезапная беременность Марии Николаевны была бы совсем не вовремя.
– Да, я вас понимаю.
– Хуже другое, у нас практически нет возможности общаться. На ее встречах и беседах я не присутствую. С чего бы? Возможности уединиться и поговорить тоже почти нет, так как это покажется весьма странным окружающим. Да и о чем может говорить долго великая княжна с простым рабочим? Впрочем, кое-кто из окружающих, как мне кажется, начал подозревать, что что-то тут нечисто.
– В каком смысле?
– Ну, насчет меня."
"– Шила в мешке не утаишь. Вам нужно быть осторожнее и следить за речью. Вы в первую очередь ею выдаете себя – простой мастеровой так говорить не может.
– Стараюсь себя контролировать, но не всегда получается. Увы!
Архиепископ несколько минут сидел молча, как будто что-то обдумывая.
