Нет?
– В известном смысле, да! Все мы равны перед Богом!
– Вот именно, а перед законом – нет! В церкви, во всяком случае, стать архиепископом или даже патриархом может любой священнослужитель, и его происхождение не имеет значения.
– Имеет, предпочтение отдается наследующим сан.
– Согласен, но ваш отец был простым приходским священником, отец патриарха Тихона – тоже, отец и дед Иоанна Кронштадтского были дьячками, а его мать – крестьянкой. Так почему же простому человеку отказано в праве стать генералом, министром, губернатором и так далее? Дайте ему возможность получить образование, и мы Ломоносовых, Суворовых и Столыпиных будем вагонами отгружать! К вящей славе России!
– Ну да! Ну да! – Отец Сильвестр в задумчивости барабанил пальцами по столу, поглядывая на великую княжну, внимательно слушавшую своего спутника.
– Но все-таки недовольство будет!
– Тут мы надеемся на вас!
– На меня?
– На церковь! В плане разъяснения широким массам нашей политической программы.
– Не многого ли хотите, молодой человек? – усмехнулся архиепископ. – Если вы примете программу большевиков, то землю церкви не вернете, но просите поддержки?
– Альтернатива – большевики! Они не только землю отнимут!
– Да уж, – вздохнул отец Сильвестр, – насмотрелись уже.
– То ли еще будет, – усмехнулся Николай. – По-настоящему большевики развернутся только после победы в Гражданской войне.
– Вот как?
– Именно. Ну сами посудите, человеку нужно во что-то верить.
Вот и веру в Бога будут весьма агрессивно заменять верой в коммунизм. Ключевое слово здесь – заменять. Сан священника станет смертным приговором.
Архиепископ смертельно побледнел.
– Да, пожалуй, я соглашусь с вами, что при таких условиях потеря земли не самое страшное."
"Он помолчал, как бы переваривая сказанное Николаем, а затем, положив свою широкую ладонь на стол, сказал:
– Хорошо, с идеологией понятно, а что с войной? Без нее-то все равно никуда не деться!
– Единственный возможный вариант – скоротечная кампания зимой с целью разгрома Восточного фронта красных и выхода к Волге.
Длительную войну ресурсы Сибири просто не потянут, даже с помощью союзников.
– Смело! Разгром Восточного фронта, ни много ни мало…
– Да, именно так! Только сокрушительное поражение вкупе с пропагандой нашей политической программы заставит задуматься мужиков, одетых в красноармейские шинели, над вопросом «За что воюем?».
