Так сильно, что за моими веками образуются белые точки, и все тело обхватывает его.
Дэниел продолжает входить в меня снова и снова. И он как будто продлевает мой оргазм.
Он выходит из меня, и я думаю, что он кончил, но он переворачивает меня на живот и хватает за бедра так, что моя попка оказывается в воздухе.
— Знаешь ли ты, что из этой позы у меня прекрасный вид на твою капающую киску? Ты такая мокрая, что пачкаешь матрас.
— Прекрати…
— Почему? Ты выглядишь самой красивой из всех, кого я видел, Персик.
Поза заставляет попу нагреваться, но я не успеваю это осознать, когда он шлепает меня по ней и снова входит.
О, Боже.
Это как на американских горках. И почему, черт возьми, меня так заводит, что меня шлепают по заднице?
Его темп становится более животным, словно он только готовил меня. Его толчки становятся глубже, жестче и выходят из-под контроля.
Мое тело содрогается на матрасе, голова кружится, когда стоны прерываются его сумасшедшим ритмом.
— Дэн… медленнее… ниже…
Похоть очевидна в моем рубленом тоне.
— Почему? Ты хочешь, чтобы я остановился?
— Нет…
— Тогда закрой рот, Персик. Теперь я командую, и я собираюсь трахать тебя в любой позе. Я буду трахать тебя каждый раз, когда ты заставишь меня захотеть схватить тебя за горло и прижать спиной к ближайшему предмету. Я буду трахать тебя за каждый раз, когда ты меня поимела.
— Дэн…
— Шшшш. И ты не имеешь права называть меня так. Мы не друзья, Николь. Никогда не были и никогда не будем. Я не из твоего круга, не так ли? Никто.
— Чертов идиот… — бормочу я, чувствуя, как влага застилает глаза, но я не выпускаю ее.
— Ты маленькая сука, но не тогда, когда ты подо мной. Не такая уж ты высокая и могущественная, когда наполнена моим членом, да?
— Я тебя ненавижу.
— Не больше, чем я тебя ненавижу. Но моему члену нравится твоя маленькая тугая киска. Ммм… Чувствуешь, как ты принимаешь меня с каждым толчком?
Я закрываю глаза, но это ненадолго, всего на долю секунды. Дэниел закручивает мои волосы в кулак и притягивает к себе, пока его губы не встречаются с моим ухом.
— Не прячься, когда я трахаю тебя, Персик. В следующий раз, когда ты впустишь в себя член, я хочу, чтобы ты запомнила, каково это.
Он делает толчок глубже, сильнее, задевая то место, которое каждый раз заставляет меня увидеть звезды. Кажется, что он слушает язык моего тела и продолжает делать это снова и снова, пока я снова не начинаю стонать.
Его рычание перекликается с моими стонами, создавая безумную симфонию.
