В общем, кто угодно, только не я, поскольку я стараюсь свести контакты с людьми к минимуму.
Но сегодня они оба заняты, а мне нужно было идти. Я должна была преодолеть расстояние до кофейни и притвориться, что за мной не маячит тень страшного человека в черном костюме.
Так продолжалось целую неделю. С тех пор как Кирилл и Адриан устроили засаду в моей квартире и сказали, что мне предстоит сыграть определенную роль.
Что, что бы я ни делала, я никогда не перестану быть принцессой Братвы.
Как и было обещано, Адриан, должно быть, не сказал моему отцу, иначе он послал бы за мной своих охранников.
Кирилл сдержал свое слово не оставлять меня без присмотра, поэтому его правая рука, Александр, незаметно следовал за мной повсюду. Для посторонних людей это было незаметно, поскольку он меняет модели машин, номера и даже цвет одежды.
В конце концов, он профессионал.
Хотя это редкий случай, когда он не ведет себя как тень Кирилла.
И потому что я настроена на него и на опасность, которую он представляет, я заметила его в первый раз, когда мы с Ноксом вместе вышли из его пентхауса.
Мне пришлось отвлечь его от разглядывания зеркала заднего вида, чтобы он не понял, что за нами следят. Меньше всего я хочу, чтобы он конфликтовал с другими мужчинами из моей жизни.
Особенно после того, как я познакомилась с его семьей, гостеприимной, с их характерным чувством юмора и манерами.
В ту ночь они остались у нас ночевать. Мы вместе поужинали и играли в настольные игры. Итан и Эльза рассказывали мне всевозможные истории о подростковом возрасте Нокса и о том, каким он был и остается соперником.
Я с живым интересом слушала каждую деталь, каждую крупицу информации о той версии Нокса, которую я никогда не встречала.
Не знаю, почему я цеплялась за каждое слово, но в каком-то смысле это было жизненно важно. Как воспоминание, которое я должна держать рядом.
Или, может, я просто забочусь о Ноксе больше, чем хочу признать.
Тил не слишком охотно делилась историями, но мне понравились ее ровные отношения с братом.
То, как они понимают друг друга, не произнося ни слова.
Перед их отъездом на следующее утро она стояла, скрестив руки на груди, и сказала мне в упор: «Лучше бы тебе не сделать больно моему брату».
Эта фраза оставалась со мной дольше всего после их визита.
Как будто она знала, что именно это и произойдет.
Я не виню ее за то, что она меня недолюбливает. На самом деле я уважаю ее за заботу о своем брате. Так поступает семья.
В отличие от моей.
