Это хороший вид боли.
Даже не подозревая, что я нуждалась в этом до этого момента. Вид боли, которая разрушает мои стены и оставляет меня обнаженной и жаждущей большего.
А его реакция? Я могла бы наслаждаться ею несколько дней. Я могла бы слушать его низкие хрипы и глубокие стоны вечно. Этот звук возбуждает меня.
И тут меня осеняет.
Его удовольствие возбуждает меня."
"Мои мысли подтверждаются, когда я чувствую, что он близок к освобождению. Я хочу довести его до этого, хочу заставить его обнажиться, как он сделал это со мной.
И как только я думаю, что мне это удастся, он выходит.
Его твердый член в его руках блестит от спермы и слюны. Моей слюны, которую я сейчас проглатывая с его вкусом.
— Почему...?
Это слово, потому что я, очевидно, потеряла способность говорить как надо. Дикий минет делает это, я полагаю.
— Как бы мне не нравился твой маленький ротик, я собираюсь кончить в твою киску, красавица.
Я прикусываю язык, дабы не застонать. Его грязные разговоры — это как удар плетью по моей самой чувствительной части.
Серьезно, он не должен говорить так грязно и заканчивать это словом «красавица». Должно быть правило, запрещающее это.
— В постель. Сейчас же.
Я встаю на ноги, приказ заставляет что-то внутри меня вздрогнуть. Что-то настолько первобытное и сырое, что я не могу найти этому название.
Но вместо того, чтобы сосредоточиться на этом, я проделываю короткий путь к кровати. Прежде чем я успеваю дойти до нее, он хватает меня за тонкую бретельку платья и расстегивает молнию, а затем стягивает материал с моих рук, отправляя в полет подвеску с бабочкой.
Это рывок, без всякой пощады или мягкости. То, как его рука скользит по моей коже, не что иное, как доминирование.
Он мужчина, знающий, чего он хочет, и без колебаний идет к своей цели.
Прямо как мужчины из моей жизни.
Возможно, он тоже опасен, как и они.
Но это не имеет значения.
Никто не сможет найти меня, когда я исчезну.
Я стою перед ним голая, так как не надела лифчик, и это уязвимое положение, в котором я никогда не позволяла себе раньше находиться.
Но я не разрешаю сомнениям закрасться внутрь.
Сегодня речь идет о моем теле. Только об этом.
Не поворачивая меня, он берет сосок в свои пальцы и крутит, потом сжимает, потом снова крутит.
Пальцы ног подгибаются в каблуках — единственное, что на мне сейчас надето, не считая праздничного образа.
Затем он делает кое-что еще оставаясь позади меня — он обхватывает рукой мою шею, но не сдавливая горло.
