Погода сегодня чудесная, — протянул руку, и мне пришлось подать свою, хотя я все еще не была уверена, что это не ловушка.
Заботливо поддерживаемая принцем, я вошла в зеркальный портал и оказалась на берегу моря. Неподалеку белел навес, а под ним стояли столик и два стула… Именно к ним меня и вел Селебрин.
Усадив меня за стол, сел напротив.
— Я простолюдинка, — напомнила. Я не смущалась своего происхождения, не чувствовала неловкости, что сижу перед принцем — мне хотелось сохранить между нами дистанцию, которую Селебрин жаждал сократить, иначе зачем вся эта любезность?
— Для симпатии нет преград, — он сел напротив и потянулся к вину.
— Я девушка честная, скромная. И говорю это не ради кокетства.
— Я убежден в этом и обещаю не нарушать приличий, — Селебрин поднял руку, обещая держать слово, и взглядом указал на фужер с вином, что стоял передо мной.
Я пригубила самую капельку, чисто ради приличия.
— Вы меня опасаетесь?
— Нет, — покачала головой, обдумывая, как быть. Признаться, что я знаю о своем происхождении — опасно.
Остается лишь изображать глупышку. А потом… О, Божечки, я не знаю, что потом!
Мы общались на ничего не значащие темы, пробовали деликатесы. Всеми силами я старалась держать дистанцию, и тогда Селебрин изменил тактику. Лучезарно улыбнулся и предложил:
— Думаю, прогулка поможет появиться аппетиту.
Идти по живописному песчаному берегу — блаженство. Но если бы рядом был Эверий, я бы скинула туфли, взяла его за руку и бежала вперед, ликуя от счастья! А с принцем, даже несмотря на его доброжелательность, все иначе.
Я шла, подбирала камушки, бросала в воду. Принц стал подражать мне, и потихоньку неловкость между нами уходила, но легкости как в общении с Эверием не было.
Так дошли до «скамейки», которую слуги заботливо поставили посреди пляжа. Мягкий диванчик стоял у самых волн, а вокруг только песок и ни души.
Подозревая, что сейчас начнется следующая часть спектакля, под названием «Романтика», я бы прошла еще несколько километров, однако принц пожелал передохнуть.
Пришлось сесть, сохраняя между нами дистанцию, что не укрылось от Селебрина.
Я смотрела на волны, принц на меня.
— Вы очень выделяетесь, Ольха. Откуда вы? — спросил он, и я поняла: начался мой вежливый допрос. Врать, что из деревни? Думаю, лучше сказать правду. Частичную.
— Не поверите. Я пришла в себя на улице, среди горожан, — воспоминания, как я очутилась в Элирии, всплыли перед глазами.
