Бочком-бочком отодвигались все дальше, чтобы не мешать блондину вольно дышать. Некоторые, особенно пугливые, поспешили покинуть заведение. Правда, таких оказалось не так много. Остальные решили понаблюдать за продолжением нашего спора.
Однако я хоть и остра на язык — отнюдь не дурочка, не умеющая держать рот на замке, поэтому чинно поставила перед ним кружку с напитком и самым доброжелательным голоском пожелала:
— Хорошего вечера, господин маг.
Стоило мне вернуться на кухню, Адель, сверкая черными очами, зарычала:
— Ольха! Больше не открывай рта! Не смей!
— Теперь-то что не так? — не поняла я.
— В твоем медовом голоске так и сочился яд! Ты что, смерти хочешь?
— Да я самыми наилучшими пожеланиями!
— Себе удачи пожелай, когда выставлю тебя за дверь!
Пытаясь успокоиться и собраться, я вдохнула — выдохнула и, надев фартук, принялась за бутерброды.
— Если не заплатит — за твой счет! — проворчала Адель, уходя в зал."
"— Так нечестно! Даже если не заплатит, в прошлый раз он оставил имперский — его вполне хватит и на грот!
Адель сомкнула зубы, послала мне убийственный взгляд и вышла.
— Она волнуется, что он неспроста пришел снова, — шепнула Мана, которая вместо того, чтобы следить за залом, стояла у двери и подглядывала в щель. — Ой, кажется, маг уходит!
— Так быстро?! — я поспешила убедиться и тоже приникла глазом к щели.
По идее мне следовало выйти и получить плату, которую с обычных посетителей мы берем заранее, чтобы не было обмана, однако с «белым господином» магом иное дело. Не успела я выйти в зал, Мана сообщила:
— Все, ушел!
— Ну вот! — расстроилась я.
До мага мне дела нет, но заплатил ли он?
Расстроенная, приготовилась спорить с Адель, как вернулась хозяйка трактира с пустой кружкой на подносе.
Я ожидала услышать брюзжание, однако она благосклонно улыбнулась и шепнула:
— Твои чаевые!
— Что? — недоверчиво переспросила я, ожидая подвоха.
— В прошлый раз господин маг заплатил щедро, поэтому этот имперский твой! — как глупышке разжевала мне Адель, но я все равно не могла поверить, пока за пустой кружкой не увидела знакомый белый кругляш, поблескивавший на свету.
Ничего себе!
Мана склонилась над подносом, тоже не веря в щедрость гостя.
— Вроде, настоящий — жди господина мага в следующий раз, — обрадовала меня.
— А что, может быть ненастоящий? — ухватилась за ее оговорку.
— У Адели чуйка на обман. Если не сказала ничего — значит, все в порядке, — успокоила меня Мана, с трудом скрывая, что расстроилась из-за моих чаевых.
