Им кажется, что она скрывается в нашем замке.
— Ну что за ерунда!
Возмущение эконома было таким натуральным, что Лаура непременно восхитилась бы, не заметь она хмурую фигуру Жуана, показавшегося в этот момент на пороге с ружьем в руках. Пфайфер примирительно поднял руку.
— Не горячитесь! Нет никакой опасности. Они просто хотят осмотреть замок.
Лаура волновалась: они обязательно найдут следы присутствия Марии-Терезии и ребенка. У Яковии наверняка не было времени все прибрать. И тяжелая поступь врача и четырех солдат, поднимавшихся по лестнице, отдавалась в самом ее сердце.
Прочие военные и сопровождавшие Эйхорна «санитары» наблюдали за двором, куда, к ее облегчению и удивлению, вдруг вышла Яковия. Совершенно спокойная, Яковия молча улыбалась ей, и эта улыбка означала многое! Прежде всего то, что малышка Элизабет уже в безопасности и находится рядом с детьми ее дочери. Но во дворе и в замке царила полная тишина: никто не проронил и слова, и все эти немые и неподвижные тени создавали впечатление нереальности происходящего.
Казалось, они перенеслись во дворец Спящей красавицы после прихода злой феи.
Возвращение врача с его свитой внесло некоторое оживление. Толстяк был явно разочарован и зол.
— Наверху никого, — проворчал он, обращаясь к офицеру. — Одна жилая комната, одна незастеленная постель… все остальное в образцовом порядке. Даже пыль лежит…
— Тут столько еще всего обыскивать! — сказал кто-то из солдат, указав на ферму, часовню и на другие хозяйственные постройки.
Барон вытащил часы.
— Через час рассветет, — холодно заметил он. — Вчера начался сбор винограда, и на заре в селение придут виноградари. Постарайтесь не устраивать беспорядок. Если желаете, мы угостим вас молодым вином…
Неожиданное предложение вызвало одобрительный ропот, что совсем не понравилось доктору Эйхорну:
— Задумали споить моих людей?
— Ни в коем случае, — пожал плечами барон. — Ваши, как вы выразились, люди не спали всю ночь и зря проскакали пять лье. Мы дадим им еще и поесть.
А я с вашего разрешения отправлюсь все же в Люцерн. Моя мать, как я говорил, больна и от нетерпения, не видя подругу, наверное, вся извелась…
— А если я решу задержать вас?
— На каком основании? К тому же советую вам не обращаться плохо ни с моей челядью, ни с имуществом. Вы тут иностранец, а я, напомню, государственный секретарь… канцелярии еще никто не отменял. Если я пожалуюсь, вас лишат места и тем самым не дадут возможности продолжать поиски.
