— Я подумал, что, может быть, ваш дядя полез туда, но нет, ничего и никого…
— Вы хотите сказать, что монастырь пуст?
— Пусто, так же, как и у меня в кармане! А что вы думали? Туда никто не заходил с тех самых пор, когда трое последних монахов сбежали, спасая свои шкуры. Тут вообще неприятное место…
— Почему? Из-за привидений? Вы-то сами верите в призраки?
Трактирщик поспешно перекрестился:
— Нечего так шутить! Конечно, верю… Тут случались такие вещи…
— Ну, например?
Трактирщик посмотрел по сторонам, как будто боялся, что его кто-нибудь услышит:"
"— Ночью иногда слышатся шум… стоны… еще зеленый свет появляется… он как будто пляшет…
— А никому из поселка не приходило в голову сходить туда и посмотреть?
— Приходило… Один парень все похвалялся, что ничего не боится.
И ночью пошел в монастырь, а сам никому ничего не сказал. Утром его нашли на этой самой тропинке с огромной раной на голове.
— Он умер?
— Нет, но с тех пор тронулся умом. Не может говорить, и половина тела у него как будто онемела.
— Но вы-то вот сейчас спокойно вышли из такого нехорошего места.
— Потому что сейчас день! К тому же я пошел туда, потому что боялся, что с вашим дядей стряслось то же, что и с Эфламом. Но его там нет. Пойдемте вниз!
Он взял Лауру за руку, но она отступила.
— Я хочу посмотреть сама.
— Не советую. Говорю вам, это опасно…
— Однако вы сами еще живы.
— Да, потому что я знаю эти места и не попадаю в ловушки. Придется тогда мне идти с вами.
— Так пойдемте!
— Не пойду.
У меня дела. Потом сходим, если ваш дядя не появится. Но я не волнуюсь! Придет, никуда не денется! Он, может, уже там…
Он опять взял Лауру за руку и сжал ее довольно сильно, так что она сочла за лучшее больше не настаивать. Человек этот не внушал ей доверия. Было бы безумием ссориться с ним, пока она совсем одна в этом богом забытом месте. Приходилось притворяться спокойной, хотя тревога пожирала ее изнутри. Они возвратились в трактир, и, как опасалась Лаура, Гайд доложила, что никто не появлялся.
Прошло несколько часов, а за ними медленно потянулись другие, тяжелые, как гири. Лаура не знала, на что решиться. Тангу предположил, что «дядя», должно быть, пошел в Сен-Жакю, там находились рыбацкий поселок и старинное бенедиктинское аббатство с самого края полуострова, центром которого был Гильдо. Но если это так, то почему он ушел пешком, ведь отсюда до поселка было не меньше лье, а в его распоряжении был экипаж? Все это было странно.
