А я поступлю просто — сообщу Шабо об этом происшествии. Либо я ошибаюсь, либо он поднимет на ноги всех, потому что эти два миллиона его тоже интересуют. Похитители, которые могут оказаться людьми д'Антрэга, испугаются и, могу поклясться, вернут его друга целым и невредимым.
— Его друга? — В голосе де Баца звучало презрение. — Вы сами в этом уверены?
— Абсолютно уверен. Общаясь с женщинами легкого поведения, иногда получаешь неожиданную информацию. Но я уверен, что наш идальго не слишком гордится подобной дружбой.
Думаю, он даже ее стыдится… Но это не мешает ему оставаться и вашим преданным другом и желать спасти короля Людовика. В этом случае у него нет выбора. Шевалье исполняет приказ короля Испании!
— Что ж, я полагаюсь на вас, — вздохнул де Бац, вставая.
В это мгновение в кабинет вошел слуга и что-то сказал на ухо своему хозяину. Тот удивленно поднял брови:
— Отец Бонавентура? Он здесь?
— Это именно он, сударь. Он назвал себя.
— Пригласи его сюда и приготовь горячего вина! Не забудь и про закуску.
Он всегда голоден, особенно когда холодно. Останьтесь еще ненадолго, барон! — пригласил Ленуар своего молодого друга.
— Но вы же ожидаете гостя!"
"— Вне всякого сомнения, но на Гийона Бонавентуру стоит посмотреть. Это старый священник. Он был приором в аббатстве Сен-Пьер в Ланьи и наделен даром предвидения. Впервые мне рассказал о нем кардинал де Роган во время знаменитого процесса. Он так сокрушался, что не послушался отца Бонавентуру.
— Неужели кардинал обращался к нему? Калиостро ему было недостаточно!
— Это случилось еще до появления Калиостро.
Людовик XV был еще жив, а Гийон уже предсказал его скорую смерть и трагическое царствование для его наследника. Роган захотел узнать об этом подробнее и как-то вечером отправился в Ланьи. Тайно, разумеется. Приор не только подтвердил свои предсказания, но и посоветовал кардиналу никогда не иметь дела с бриллиантами, которые могут привести его к краху.
— А между тем появился Калиостро, и предсказание монаха было забыто…
— Нет, не забыто, потому что Роган говорил мне о нем.
Но вспомнил он об этом слишком поздно. Графиня Ламотт вскружила ему голову, обещая близость с королевой. Он купил колье у Бомера и Басанжа, надеясь понравиться Марии-Антуанетте.
Ленуар замолчал и пошел навстречу старику, которого вел его лакей. Он принял гостя с почтением и уважением, как очень знатного вельможу, несмотря на жалкий вид монаха.
