– Я не знаю, что мне делать! Мне так хочется к ней! А папа сказал, что нельзя, а когда будет можно, он не знает, – печально сказал Платон.
– Ну, ты же любишь рисовать? А папа навещает маму. – Любовь Андреевна плавно подводила мальчика к мысли о том, что он может сделать для мамы.
– Да, точно! Я буду рисовать для неё открытки и подписывать. Так можно? Ей понравится?
– Конечно! Ты здорово придумал! А ещё можешь писать ей письма. Она будет их читать, держать в руках, как птички-весточки от тебя. Договорились?
Поле уроков к ней подошёл Платон с тетрадным листочком в руках, на нём его обычным ровным, словно связанным крючком почерком было написано письмо маме, которое он показал ей по секрету.
«Надо же, как быстро вернулся почерк! Ну вот и хорошо, – подумала Любовь Андреевна. – Вовремя заметила».
«Мамочка, я тебя очень люблю. Мы с папой тебя ждём. Папа сказал, как тебе больно. Приезжай скорее, мы будем о тебе заботиться. Целую крепко! Платон».
Ниже было нарисовано красное сердечко, внутри которого была разноцветная бабочка.
– Бабочка – это как мама в моём сердце, она такая же красивая, правда, у меня не очень получилось.
После того разговора с сыном Герману стало намного легче. Айша сейчас лежала в реанимации, Герман страшно переживал, отчего замыкался и мало общался с мальчиком. Теперь же он, напротив, объединился с сыном. Они обсуждали, что написать в новом письме, стали вместе готовиться к возвращению Айши домой. Поехали в магазин, чтобы выбрать для неё новое платье.
Платон активно участвовал в выборе, вспоминал, какие мама любит цвета, просил продавщиц показать им самые красивые платья, рассказывая, что это для его мамы, чем вызывал умилённые улыбки у всего персонала.
Они решили, что будут каждый день приближать возвращение мамы. Платон помыл зеркало в спальне, поливал её любимые цветы на окне. Убираясь в прихожей, нашёл заколку Айши, которую та очень любила и хранила в ящике под зеркалом.
– Пап, вот мамина заколка, может быть, ты отвезёшь ей в больницу, ей ведь плохо без неё.
– Сынок, у мамы теперь короткие волосы. Ей не нужна заколка.
– Да? Как это – короткие волосы? Какая же она теперь? – изумлённо спросил мальчик.
Герман еле уговорил Айшу сфотографироваться со стрижкой, когда её перевели из реанимации и ей стало чуть лучше. Она долго отказывалась, не хотела пугать сынишку, но все-таки решилась, и они сделали фото. Герман принёс свою профессиональную камеру.
