Но всё равно иногда, вернувшись вечером, она замечала, что приготовленные на день лекарства так и остались лежать на столике, а еда – стоять на кухне."
"– Гера, помнишь твой фирменный массаж, который ты девушкам так любишь делать? У тебя есть уникальная возможность применить его для пользы дела. Маме твоей он сейчас просто необходим. Старайся в течение дня минут по десять – пятнадцать массировать ей правую ногу, плечо, руку для улучшения кровообращения. А ещё я там учебники специальные купила, логопед в больнице посоветовал, нужно по ним с ней заниматься, чтобы речь восстанавливалась.
Мы можем распределиться и составить график занятий. Если будем стараться, то результат наступит быстрее. – Она говорила с ним не так, как обычно. Почувствовала себя в своей стихии, командовала им, как привыкла распоряжаться на работе, уверенная, что она намного лучше него разбирается в том, что нужно делать сейчас.
– Аишечка, мне кажется, что ты слишком много на меня всего навешиваешь. И кормить, и массаж, и занятия.
Я так ничего не буду успевать делать, у меня же дела. Мы с ребятами сейчас пытаемся новый бизнес закрутить, схему отрабатываем.
Последние несколько месяцев Айша стала замечать, что Герман почти не выходит из дома. Раньше он регулярно куда-то ездил, что-то перевозил в машине, на обратном пути заезжал к ней, привозил продукты. Они ужинали и проводили вечер вместе. Изредка даже выходили пройтись по Сокольникам, она считала это своим достижением в их отношениях, поскольку Герман не любил гулять.
– Ну, я даже не знаю, я и так к вам каждый день приезжаю, даже если ночевать не остаюсь. А не остаюсь, потому что ты меня идёшь провожать. Значит, не хочешь, чтобы я оставалась. Я тоже работаю и при этом успеваю помогать тебе ухаживать за мамой, хотя ты сам знаешь, как она ко мне относится. Если у тебя нет времени на собственную мать, давай сиделку найдём. Пусть она все процедуры и занятия с ней выполняет! – впервые Айша позволила себе высказаться достаточно резко. Она знала, что сейчас будет.
Герман начнёт кричать, обвинять её во всех смертных грехах, они поругаются, Айша заплачет и уедет. Так происходило частенько, только обычно она молчала в ответ, а он распалялся и бесился от её слёз.
Ей очень хотелось добавить, что всё лечение Алевтины Васильевны оплачено ею, что ей не жалко денег, но он даже не сказал спасибо, принял это как должное. Что уже почти год всё, что они едят, покупает она, и даже пиво с сигаретами для него покупает только она.
