Ведь Кэт видела меня в самых отвратительных ситуациях: избитого кнутом и лежащего в грязи; потерянного и обречённого, когда я принял решение выбрать рабство; на коленях… на которые она сама же приказала мне опуститься. Кэт была свидетелем моих унижений, являлась настоящим олицетворением моего рабства. Я сам не знал, что испытаю, когда увижу её. Даже немного опасался, что могу сорваться.
А когда вчера вечером не обнаружил её в гостиной со всей семьёй, то откровенно разозлился. Решил, что она всё же сбежала. Конечно, не поверил словам герцога, сообщившего, что его дочь в целительской, куда привезли троих мальчиков с тяжёлыми ранами.
Именно потому мы с Маром спустились туда.
И вот там, увидев Кэтрин, склонившуюся над истекающим кровью ребёнком, я окончательно уверился, что ничего ей не сделаю. Она выглядела прекрасно. Явно долго готовилась к нашей встрече: сделала причёску, подобрала наряд, драгоценности. Но всё равно полезла спасать мальчика, и точно в тот момент не думала о себе, своём внешнем виде и двух принцах, прибывших на ужин.
Она делала то, что считала правильным – боролась за чужую жизнь.
А ещё, когда она заметила меня, в её глазах совершенно точно вспыхнула радость. Да, на смену этой эмоции почти сразу пришли страх и смятение, но я всё равно уловил ту самую первую реакцию. Дальнейший наш разговор в саду только подтвердил мои выводы. И теперь я уже не сомневался, что хочу сделать Кэт своей хаити. Готов подпустить её к себе так близко, как не подпускал никогда ни одну женщину. Ведь этот ритуал – обоюдный.
Он связывает двоих очень крепко, открывает эмоции, чувства и сами души.
Вскоре тропинка начала сужаться, впереди показался домик ведьмы, а у меня в душе появилось странное предвкушение. Это удивительно, но я на самом деле был рад сюда прийти.
– Ничего себе, какие у меня гости! – сказала сидящая на ступеньках крыльца Верита. – Быстро ты вернулся.
– Доброго утра, – улыбнулся я ей. – Вижу, ты ждала.
– Конечно ждала, – усмехнулась она. – Как почувствовала на своей земле двоих мужчин, так сразу и вышла.
Интересно же, кого ко мне принесло с утра пораньше.
Она поднялась на ноги и перевела взгляд с меня на Мара.
– Верита, разреши тебе представить моего брата Анамара, – сказал я.
– А фамилия у Анмара случайно не Дарвид? – нахмурившись, уточнила ведьма, внимательно разглядывая младшего.
– Дарвид, – подтвердил он с открытой улыбкой. – Рад с вами познакомиться.
Она кивнула, повернулась ко мне, а её взгляд стал ещё более настороженным.
