Рассказывать о подробностях любой травмы всегда опасно, верный путь сделать больное место мишенью для команды соперников.
И, кроме того, об этой травме говорить было стыдно.
По природе я уверенный в себе человек, но ходить с неработающим членом и не знать, когда это закончится, значит подвергать самооценку серьезному испытанию.
Я уже счет потерял медицинским спецам, которые за последний месяц тыкали в мои яйца и мяли их; разумеется, никакого удовольствия мне это не доставляло.
После операции я оклемался быстро.
Проблема была в другом: каждая эрекция сопровождалась чудовищной, обжигающей болью.
Это знание досталось мне очень тяжело. Все случилось в одну из суббот, после сраного порномарафона, в результате которого меня отвезли в неотложку. Та еще поездочка.
Было это накануне Дня святого Стефана[18], через десять дней после операции. С самого утра я скулил от жалости к самому себе. А парни без конца слали мне эсэмэски и спрашивали, приду ли я в паб. Поэтому, улегшись в кровать, я включил порнуху, чтоб утешиться.
От голых сисек актрисы мой член пробудился.
Чувствуя легкий дискомфорт, я тем не менее порадовался, что он сохранил работоспособность, и начал дрочить, стараясь не касаться швов в паху.
Двух минут хватило, чтобы понять, какую жуткую ошибку я совершил.
Жуть началась перед самым оргазмом.
Яйца сжались, как всегда бывало, когда кровь устремлялась к головке пениса, однако мышцы бедер и паха свело судорогой, и не в хорошем смысле."
"По телу разлилась жгучая боль, такая сильная, что я издал дикий крик и выблевал содержимое желудка прямо на постельное белье.
Такой боли я не испытывал никогда в жизни.
Единственный способ это описать — как будто меня без конца лупили по яйцам и одновременно тыкали в член раскаленным прутом.
А на экране актриса с силиконовой грудью уже громко вопила: «Глубже! Сильнее!» — ее вопли возбуждали и лишали всех шансов избавиться от стояка.
Я рухнул с кровати и на четвереньках пополз к телевизору с намерением заехать кулаком по экрану.
И тут в комнату ворвалась мама.
Кончилось тем, что ей пришлось помогать мне одеться, и в процессе, понятно, мне досталось и за стояк, и за порнуху. Потом она отвезла меня в больницу, где врачиха отчитала за «вред, причиненный самоудовлетворением».
Без шуток, так она и сказала, а потом закатила целую лекцию об опасностях преждевременной мастурбации после серьезных операций вроде моей и о долгосрочных последствиях, которые это может иметь для пениса.
