Я открыла рот, но оттуда вырвался лишь воздух, и ни одного слова.
Попробуй тут произносить слова, когда я была буквально зажата между его грудью и сиденьем, а дурацкий рюкзак только усугублял проблему, не давая вылезти в проход.
— Трахаться они будут или как? — выкрикнул кто-то.
— Да похоже, сейчас начнут, — язвительно подхватил другой.
— Что вы там вытворяете? — во всю мощь легких заорал мистер Малкахи. — Кавана! Линч! Кончайте обжиматься и сядьте по местам!
Автобус взорвался хохотом и свистом.
А я тем временем умирала внутри.
— Мы и пытаемся! — сердито ответил коучу Джонни. — Подождите еще минуту!
— Кавана, это так трудно — сесть и пристегнуться? — спросил Малкахи.
— Довольно непросто, судя по всему, — пробормотал Джонни, вновь сосредотачивая внимание на мне.
— На счет «три» двигай влево, — велел он. — Один, два…
— Мое лево или твое? — выпучив глаза, спросила я.
— Го-о-осподи! — Выругавшись вполголоса, Джонни проворчал: — Забудь. Сделаем по-другому.
Взяв меня за талию, он притянул меня еще ближе к себе — оказалось, это возможно — и вместе со мной развернулся боком.
Джонни убрал руки, и я плюхнулась на сиденье у окна, дрожа всем телом, с пылающим лицом.
Едва мы уселись, автобус тронулся.
— Спасибо, — прохрипела я, понурив плечи и вдавившись в сиденье.
— Без проблем, — ответил Джонни и снова потрогал переносицу. — Но с тобой не соскучишься, да?
— Ох, да, — ответила я, удивляясь своему писклявому голосу. — Прости меня, пожалуйста, что ушибла твой нос коленом.
Обнаружив, что рюкзак до сих пор находится у меня за спиной, я сбросила его на пол и откинулась на сиденье.
Джонни повернулся ко мне, на губах появилась легкая улыбка.
— А может, это не случайно? Может, это хитрый трюк, твоя месть мне за тот мяч?
— Что?.. Нет! — оторопела я, замотав головой. — Ни в коем случае. У меня такого и в мыслях не было…
— Расслабься, Шаннон, — усмехнулся он. — Я прикалываюсь.
Да, он явно прикалывался надо мной.
А я едва дышала.
И сердце сбилось с ритма.
Джонни ерзал на сиденье, явно пытаясь устроиться так же удобно, как сидел, пока я его не потревожила.
— Ненавижу ездить в автобусах, — признался он, найдя наконец удобное положение."
"Он вытянул ноги и согнул левую так, что она оказалась возле моего колена.
Больше он ногами не двигал, и мне стоило больших усилий не задрожать.
По всему было видно, что Джонни сделал это непреднамеренно.
Он был слишком высокий и крупный, чтобы вписаться в тесное пространство сиденья.
