— А теперь? А теперь, мамочка, в моей комнате голая девчонка. Голая, чтоб ее! И у меня вся ее одежда.
Подойдя, я бросил мокрую форму Шаннон на разделочный стол и сердито посмотрел на мать.
— Что за мать поступает со своим сыном так?
— Ну, ты же здесь, со мной, — спокойно ответила мама, потрепав меня по щеке. — Значит, я хорошо тебя воспитала.
— Мама! — прорычал я.
— Я думала, что тебе не помешает отдых, — с оттенком раздражения сказала она. — Дорогой, у тебя такой усталый вид.
Дай мне сил…
— И ты так увлеченно играл, — печально улыбнулась она.
— Я очень давно не видела, чтобы ты так расслаблялся.
Верно.
Но не в этом дело.
— А моя машина? — спросил я. — Как прикажешь вертеться без машины?
— Отец заберет ее сегодня вечером по дороге домой. — У нее на все был ответ. — У него там затык в деле, поэтому вечером он приедет, а утром отвезет меня в аэропорт. — Мама взглянула на часы и радостно вздохнула. — Он вот-вот появится, из Дублина он выехал три часа назад.
Обычно, когда мама начинала слишком давить на меня, отец сглаживал ситуацию, но только не сегодня.
Как бы ни радовал меня приезд отца, мама на этот раз зашла слишком далеко.
Она влезла туда, где я вообще не желал ничьего вмешательства.
Она влезла в отношения с Шаннон.
— Зачем ты это сделала? — снова спросил я.
— Потому что мне кажется, вы вместе тайком кайфуете, — усмехнулась мама — И вы такие хорошенькие вместе."
"— Кайфуем? — переспросил я, выпучив на мать глаза. — О чем ты говоришь? Ты же знаешь, что я не принимаю наркотики! Я все время прохожу тесты.
— Конечно знаю, милый, — усмехнулась она. — Кайфуете — в смысле тайком встречаетесь. — Она пожала плечами. — Я пыталась дать тебе понять, что я рада, что у тебя появилась подруга, и пыталась дать понять Шаннон, что ей здесь рады.
Боже мой!
Ну и женщина.
— Так вот, заверяю тебя: я не ловлю кайф ни от чего, ни от кокса, ни от девчонок, — резко ответил я. — И Шаннон мне не подруга в твоем смысле. Мы просто друзья.
— Она чудесная девочка, — не унималась мама. — И кажется, очень тобой увлечена.
— Мама повернулась ко мне лицом. — Ты мог попасть на кого-то гораздо хуже этой милой тихони.
— Ну, я не смотрю на нее так, как ты думаешь.
Вранье.
Вранье.
Откровенное вранье.
— Она просто друг.
Еще вранье.
— Вот так-то, мама.
— Джонни Кавана, неужели ты серьезно думаешь впарить мне эту чушь? — спросила мама, и у нее дрогнули губы. — Я твоя мать. Я привела тебя в этот мир, и я всегда знаю, когда ты мне врешь.
— Я не вру, — соврал я.
