Я кивнула и сказала:
— Да, мы просто друзья.
— И очень жаль, — помолчав, ответила она. — Мне на мгновение подумалось, что тебе удалось сделать невозможное.
— Невозможное?
— Отвлечь его от регби.
Я сцепила руки, не зная, как ответить на ее слова.
— Я и не пыталась, — только и смогла сказать я. — Мы с ним просто друзья.
Когда миссис Кавана снова заговорила, ее брови озабоченно сдвинулись.
— Я всем сердцем люблю своего сына, но иногда мне хочется, чтобы он вспомнил, что ему семнадцать, и немного сбавил обороты.
Позволил бы себе развлечься. Влюбиться. Нарушил бы собственные правила. Был подростком, а не…
— Машиной? — тихо подсказала я.
— Да, — энергично закивала его мать. — Его система питания, тренировки, поездки, спонсоры — все это… пугает. — Она снова вздохнула и нахмурила брови. — Я просто хочу, чтобы он давал волю чувствам, хотя бы иногда. Наверное, странно слышать об этом от матери, но у него все настолько под контролем. Вся его жизнь целиком упорядочена и распланирована. Меня обескураживает это все, а я его мать.
Не представляю, как можно в семнадцать лет жить вот так день за днем. Но у Джонни только регби, регби и снова регби. Он ест, спит и дышит этим проклятым спортом.
Я открыла рот, приготовившись что-то сказать (сама не зная что), но миссис Кавана продолжила:
— Утром он просыпается и тренируется. Потом идет в школу и тренируется. Приходит домой и тренируется. Ложится спать, а завтра все заново.
— Да, это изнурительно, — согласилась я.
Миссис Кавана приоткрывала мне сокровенные стороны жизни своего сына, и от этого было неуютно.
— Изнурительно даже смотреть на это. — Она тихо вздохнула и потрогала лоб. — Я бы просто хотела, чтобы Джонни нашел выход своей фрустрации, или гневу, или что там в нем копится. Иначе, боюсь, однажды он взорвется.
Я не знала, что сказать в ответ.
Мой мозг бешено усваивал все новые сведения о Джонни.
— Я вдруг сообразила, что совсем тебя заболтала, — усмехнулась миссис Кавана. — Прости меня. Муж всегда упрекает меня за это.
— Все нормально, — ответила я и поежилась.
— Я не против.
Я действительно была не против.
Удивительно, но я расслабилась, слушая ее.
Мать Джонни оказалась приятной, дружелюбной женщиной и полной противоположностью тому типу родителей, с которыми я общалась дома.
— Расскажи, как вы познакомились с Джонни, — попросила она. — Вы учитесь в одном классе? Как вы подружились?
— Нет, я еще на третьем году, — ответила я, заерзав на сиденье.
— Неужели? — Миссис Кавана явно удивилась.
