Спустя пару минут споров с самой собой я робко подошла и села с другого края, оставив между нами пустое пространство.
Взяв пульт, Джонни включил телевизор, висящий над камином.
Телевизор был огромным.
С диагональю как минимум восемьдесят дюймов.
— Есть пожелания? — спросил Джонни, выводя на экран список каналов.
— Выбирай сам. Мне все равно, — ответила я.
— А как же выбор именинницы?
— Удиви меня.
Джонни глянул на экран и озорно улыбнулся:"
"— Скоро начнется трансляция матча Кубка шести наций. Ирландская сборная сегодня играет.
Я хотел посмотреть, — пожав плечами, добавил он.
— Тогда вперед, — сказала я.
— Ты не против? — на всякий случай спросил он.
— Это же твой телевизор. С чего бы мне быть против?
— Но если заскучаешь, сразу скажи, — пробормотал он, переключая внимание на экран. — Найдем что-нибудь другое.
Когда ирландская сборная под звуки национального гимна вышла на поле, Джонни просиял.
Его глаза так и горели от возбуждения, и он следил за игрой, постукивая рукой по дивану.
И выглядел совсем юным.
Восхитительным.
Я подождала, пока Джонни возьмет свой сэндвич, прежде чем взять другой и откусить кусочек.
Вкус ветчины и расплавленного сыра окутал язык, и я застонала, прежде чем торопливо прожевать.
— Однажды и я там буду, — заявил Джонни, кивнув на экран. — Шаннон, однажды я войду в национальную сборную.
— Знаю, — ответила я, веря каждому его слову. Закусив губу, я повернулась к нему и сказала: — Когда станешь богатым и знаменитым регбистом, не забудь про меня.
— Никогда не знаешь, как обернется, — усмехнулся Джонни. — Может, возьму тебя с собой, чтобы ты поддерживала меня на трибуне.
Пожалуйста, возьми.
Пожалуйста, возьми меня с собой.
— Ты очень в себе уверен, — вместо этого сказала я.
— Наденешь футболку с моим номером и будешь кричать с трибун: «Джонни! Джонни!» — усмехнулся он и продолжал следить за игрой.
Не искушай меня…
Я сидела ни диванчике в гостиной дома его родителей, от пылающего камина шло приятное тепло, а снаружи лил жуткий дождь, барабаня по стеклам эркера.
Я чувствовала, как мое тело медленно расслабляется, и пыталась следить за игрой.
Я не пыталась начать разговор, чтобы прервать неловкое молчание, потому что молчание не было неловким.
Находиться рядом с Джонни сейчас казалось так же легко, как дышать.
Странная реакция на близость к нему, но именно так я это ощущала.
Я наслаждалась тем, что сидела рядом с ним.
Джонни не подталкивал меня к разговору, и мне это нравилось.
