Для теста я даже попробовал творить материальные предметы, с замахом на полноценные чертоги и нормальное тело. В принципе - получалось. Но Первостихия настолько агрессивна, что защита любых поделок требует колоссальных расходов веры. Отложил эту тему до будущих времен. Если почувствую что разум поплыл, то психану - призову Гумунгуса, ускорю его до пары световых и помчусь исследовать окружающее пространство. Вдруг и у Пустоты есть мягкое подбрюшье, в которое можно ткнуть острой алебардой? Авось стошнит стихию, срыгнет меня в реал…
Ну а пока мозги на месте - я лишь запланировал на будущее рекреационные мероприятия.
Раз в десять лет создавать уютный кабинетик, обильный стол с наркоманский оливье и юную Натали Портман, в качестве безотказного гостя.
Вот так, хорохорясь и поплевывая в вечность, я готовился к бесконечно долгой смерти. Умер так умер. Из Пустоты, как и с Дона - выдачи нет. Раз меня не откачало в первые сутки, значит брательник не справился и тоже откинул свои божественные копыта…
Однако на третий день интерфейс мигнул, и чуток подлагав, выдал рябящее сообщение.
Активация пророчества: “И будет у него названный брат-близнец, вскормленный молоком его матери. Имя ему - Лаит и лик его Второй. И умрут они - в один день”.
Внимание! Светило Друмира покинуло небосклон. Ваш названный брат жив - вы будете реинкарнированны в месте своей силы. Ожидайте воскрешения через 10...9...8…
Таймер неспешно отсчитывал секунды, когда Пустота вдруг содрогнулась, и неохотно вздохнув, уступила место кусочку упорядоченного.
Душа очередного несчастного проявилась буквально на расстоянии вытянутой руки. Мощная сверкающая аура - явно не простого смертного - захлестнула меня своими протуберанцами. И столько в ней было знакомого, столько родного! От тепла материнских рук, до крупиц веры моих последователей!
-- Брат…
-- Брат! - выдохнули я синхронно.
Младший вжался в мою душу, окатив меня эмоциями потерявшегося щенка. Пытаясь обнять, расплакаться и выговориться одновременно.
Связанные судьбы свели нас вместе, подарив короткие секунды на встречу.
При контакте родственных душ невозможно обмануть. Мы мыслили и чувствовали как единый механизм, забивая в два потока эфир словно пара раций с совпавшей частотой.
-- Старший, прости!
-- Младший, извини… - меня тяжелым прессом давили эмоции - от счастья обретения, до рвущей жилы вины перед бестолковым пацаном, что рос без старшего брата.
