Их безмолвное служение есть опора моей веры. Не зря, все что я делаю - не зря! Тысячи разумных доверили мне свои жизни и судьбы. Причем осознанно и добровольно, а не согласно пирамиде власти.
Подлечиваю застывшие фигуры бойцов - не вечен даже камень. Затягиваются трещины, предметы восстанавливают очки прочности, оружие начинает сверкать божественной заточкой. Острая кромка невольно рассекает атомы кислорода, разбивая молекулярные связи и превращая его в довольно опасный атомарный.
Неожиданно сбиваюсь с шага, словно напоровшись на невидимую стену.
Верхняя губа невольно приподнимается, обнажая клыки. Нос морщится от астральной вони. Знакомый коктейль… Концентрированное счастье, и никто не уйдет обиженным...
Аура очередного бойца искажена розовыми сгустками поддельной радости. В липкой патоке сломанной наркотой психики едва заметно пульсирует багровая паутина демонического служения.
Вот и первый эмиссар Тавора. Значит так выглядит его сила? Не истинная вера, а искаженная магия безумца. Прищурившись, внимательно всматриваюсь в грубое кружево магических печатей.
Отчетливо заметно животное начало, сродное тому, чем кошмарили нас Комки Боли. Только изломано все - словно луч Тьмы прошедший через разбитую призму. Чувствуется обжигающее пламя Преисподней, щемит душу благосклонная тень Хаоса… Ох и наворотил мой враг, прямо шизофрения стихий! Смог ли он сам сберечь свой разум?
Трясу головой, избавляясь от гипнотизирующего узора печатей. Застывшая в камне фигура бойца все также фонит угрюмым счастьем.
Творец! Да тут проще убить, чем излечить… Смять терракотовый камень в пыль, добавить святой воды и замесить из получившейся глины наделенный разумом горшок. Посадить в него лаванду и поставить в светлом храме - дабы очистилась проклятая душа...
Рецепт не без изъянов, но оставлю такое милосердие врагам.
Хрустальной чистоты поток сотканный из десятков тысяч истинных молитв омывает ауру бойца. Смывая розовую патоку, срывая демоническую паутину, оголяя сбереженное на одной лишь воле ядро.
Десятки оттенков белого - верность, честь, любовь, нетерпимость.
Дорого… нерационально… но правильно! Я ведь помню этого парня. Он стоял в строю у стен Первохрама, когда нас было всего ничего - едва ли несколько сотен…
-- Служи, боец… - негромко шепчу я, благословляя и с уважением - всего на мгновение, склоняю голову.
И уже за спиной слышу как стонет камень в ответном поклоне.
Негромко звякает магический конструкт ближней сферы наблюдения.
