— Пошел ты! — прошипела я, заставив его мрачно усмехнуться.
— О, я буду, и я не остановлюсь, пока по твоим хорошеньким щечкам не потекут слезы, а из твоей киски не потечет моя сперма. — Клянусь, киска задрожала от его слов, маленькая предательница.
Мы ходили по кругу, все еще находясь по обе стороны белого дивана, пока, ни с того ни с сего, Леви не решил перепрыгнуть через него и повалить меня на мягкий ковер.
От неожиданности я вскрикнула во всю мощь своих легких. Я била его руками и ногами, пытаясь сбросить его с себя, но он оседлал мои бедра и вскоре уже держал мои запястья одной рукой за голову.
Я кричала о помощи, прекрасно понимая, что меня никто не услышит, потому что пентхаус был абсолютно звуконепроницаемым.
— Пожалуйста, пожалуйста, отпусти меня! — Я все глубже погружалась в нашу игру, настолько, что слезы грозили потечь по моим щекам.
— Не раньше, чем я получу от тебя то, что хочу. — Одним быстрым движением Леви разрезал ножом мою ночную рубашку, заставив меня задохнуться.
Больше ничто не могло скрыть влажность моих бедер или твердые соски. Признаки моего желания открыто смотрели на него, пока он ласкал лезвием мою грудь. Его взгляд остановился на моих проколотых сосках — то, что мы решили сделать вместе несколько месяцев назад. Должна сказать, что я была так же одержима его сосками, как и он моими.
У меня перехватило дыхание, когда его острый кончик надавил на мой сосок, нежно играя с кусочком металла, прокалывающим его. Я застонала от удовольствия. Мои сиськи стали намного чувствительнее с тех пор, как я сделала пирсинг.
— Посмотри на себя, тебя возбудило, когда я бегал за тобой, котенок? Эта маленькая киска умоляет о моем члене?
Мне потребовалось все, что у меня было, чтобы не умолять его трахнуть меня уже сейчас. Это была моя самая больная фантазия, и тот факт, что он воплотил ее в жизнь так, что это было даже лучше, чем мое воображение, сводил меня с ума.
— Отпусти меня!
Он наклонился ко мне и прошептал: ""Никогда"", а затем ущипнул за сосок, заставив меня выгнуть спину для него.
Леви не остановился на этом, он использовал тупую сторону своего ножа, чтобы нарисовать абстрактные фигуры на моей коже, заставляя меня извиваться. Это была чертова пытка, я выгибала бедра под ним, отчаянно нуждаясь в трении.
— Посмотри на себя, ты жаждешь моих прикосновений. Какая ты хорошая маленькая шлюшка, Дани. Хочешь кончить?
Я ничего не ответила и просто застонала от разочарования, глядя на него.
