— Та история о сексе втроем не то, что я хотела тебе показать! Я… я даже не знаю, почему он был открыт, я написала его год назад, потому что некоторые из моих читателей попросили его. У меня нет никакого желания делиться тобой, Леви, клянусь могилой моей бабушки!
Мои губы разошлись в удивлении.
— Сцена, которую ты должен был найти, была между непослушной горничной и ее боссом-миллиардером! Это должно было быть весело, с наказанием, шлепками и многими другими классными вещами, клянусь тебе. Я знаю, мы начали с того, что сказали, что мы должны быть одни друг у друга, и у меня нет желания заниматься сексом ни с кем, кроме тебя, Леви.
Я не мог ничего сделать, кроме как молча смотреть на нее, казалось, она только что лишила меня дара речи — в очередной раз.
— Видишь, это было не так уж и сложно.
Я почти забыл о том, что Кейн находится в одной комнате с нами. Глаза Дани расширились, и она в ужасе смотрела на меня.
— Пожалуй, я свалю, прежде чем вы начнете трахаться у двери. Моя кровать под запретом, но, в остальном, развлекайтесь.
— Мой друг схватил куртку, подмигнул Дани, которая молча отошла от двери, чтобы он мог проскользнуть мимо нее, и исчез.
Дани обернулась ко мне с расстроенным выражением лица. Я погладил ее по щекам, желая успокоить ее.
— Я ненавижу то, что ты плакала. — Я вздохнул, глядя в ее печальные глаза. — Еще больше я ненавижу то, что это было из-за меня.
Она покачала головой."
"— Нет, это была моя вина. Мне очень жаль, но я понятия не имею, почему документ вообще был открыт.
Возможно, я возвращалась к нему за идеями и забыла закрыть страницу, но в любом случае — я бы никогда не хотела повторить это. Мне больше никто не нужен, пока у меня есть ты.
У меня в горле образовался комок, потому что ее слова действительно значили для меня весь мир. Они согрели меня так, как я очень редко испытывал. Облегчение разлилось по всему моему телу, но к нему примешивалось чувство вины. Всего этого можно было бы избежать при небольшом общении. Очевидно, Дани знала это и не боялась говорить, когда чувствовала, что нам это необходимо, но я позволил своей неуверенности взять верх и причинить боль нам обоим.
— Тебе не о чем сожалеть, это я слишком бурно отреагировал, я должен был с самого начала сказать, что эта сцена мне не нравится, и ты бы сразу все объяснила. Вместо этого я вел себя по-детски и убежал. Я… я не пытаюсь придумать оправдания, клянусь, но мне было больно, и мне просто нужно было побыть одному, чтобы справиться со своими эмоциями.
