Вскоре молодая пара окончательно скрылась из вида, поспешно поднимаясь по винтообразной лестнице к уединенным каютам верхней палубы.
Невольно ощутив прежний укол вмиг проснувшейся ревности, Микелина изо всех сил сдерживала на лице свою непринужденную улыбку, отрешенно утопая в мягких подушках удобного диванчика.
Это спектакль. Всего лишь спектакль. Скорее всего, это просто очередной трюк Оливии. Ничего более.
Повторяя это про себя, словно заученную мантру, девушка принялась терпеливо ждать скорейшего возвращения «влюбленных».
Едва ли не затащив своего спутника в просторное помещение капитанского мостика, отделанного в чисто белых тонах, Оливия восторженно прокрутилась на месте.
– Ух ты, как здесь здорово!
Вблизи широких окон расположилась огромная панель управления с самым настоящим современным штурвалом, многочисленными дисплеями и чредой мигающих кнопочек. Рядом с ней на хромированных, прочных стержнях были встроены три мягких кресла для рулевых и капитана. Но все же основное убранство внушительной комнаты располагалось немного дальше.
Отделенная с помощью длинного комода со стоящим по центру цветочным кашпо с белой орхидеей, просторная часть словно зазывала в свои уютные объятия. Большой угловой диван, будто королевское ложе, величественно разместился в окружении настенного гарнитура, вмещающего в себя небольшой «барный холодильник», забитые толстыми томами книжные полки, плоский телевизор, морской бинокль, и ещё массу занимательных декоративных вещей, придающих этому месту несравненное тепло и непревзойденный комфорт.
Столь огромная комната вмещала в себя две совершенно разные части, разделяясь на «капитанскую» и «жилую» зоны.
Безмолвно кивнув дежурному управляющему в сторону двери, Моретти неторопливо прошел вглубь помещения, присаживаясь по центру широкого, замшевого дивана.
Встав позади него, Оливия положила свои ладони на его широкие плечи и начала медленно массажировать твердые, как сталь, мышцы.
– В чем дело, дорогой? – Усмехнулась она. – Ты так напряжен.
Ничего, я помогу тебе расслабиться…
Перегнувшись через спинку дивана, Хант с томной, довольно манящей улыбкой начала медленно приближаться к его не в меру серьезному лицу.
Рикардо устало вздохнул, решительно отклонившись от ее губ.
Для одного дня это было уже слишком.
– Хватит притворства. Наш спектакль окончен. – Холодно проронил он. – Журналист остался доволен, изощренная публика тоже. Ты мне очень помогла сегодня и я благодарен тебе за это.
