– Ты и твоя оральная фиксация, – дразню ее я, пытаясь опять сунуть головку члена между ее сексуальных губ.
Она смеется, глядя на мои жалкие попытки.
– То есть когда я хочу конфету, это – как ты на днях сказал? – «серьезная проблема». А когда я хочу твой член, моя оральная фиксация – это классно и превосходно?
Я усмехаюсь.
– Наконец-то ты все поняла.
Деми показывает язык, и я пользуюсь этим шансом. Проходят секунды, и я опять в ее горячем рту.
– О да. – Я обеими руками держу ее за затылок, направляя голову вдоль моего ствола.
В коридоре слышатся голоса. Мне все равно. Из-за Деми я забываю, что мир населяют еще другие люди. Мы единственные в этой комнате, в этом здании, на этой планете. Когда я внутри нее, не существует никого, кроме нас. Когда она гладит, трет и сосет мой член, не существует никого, кроме нее.
Она заглатывает меня, и ее жадный язык обвивается вокруг головки моего члена. Мне мокро и приятно. Она проводит кулаком вверх и вниз по всей длине – сжимая кончик при каждом движении вверх, посасывая при каждом движении вниз.
Я двигаю бедрами, беспокойный и возбужденный, а яйца начинает колоть. Когда она затолкнула меня сюда, я думал, что оттрахаю ее у стены. Но минет так преступно хорош, что до проникновения внутрь нее я не выдержу.
– Детка, – стону я, пытаясь ее остановить.
Она смотрит на меня снизу своими большими глазами, пока ее губы крепко обхватывают головку моего члена. Ничего сексуальнее я не видел, и я обвожу большим пальцем эту непристойную «О», погладив уголок ее губ.
– Я близок, – предупреждаю я. – Если ты пришла сюда, чтобы потрахаться, то тебе лучше остановиться.
Ее мокрый рот соскальзывает с меня, и член дергается вверх.
– Нет, я хочу, чтобы ты кончил прямо сейчас. Я хочу услышать, как ты будешь стонать мое имя, когда будешь кончать мне в рот.
Господи. Эта девушка меня уничтожит.
Она возвращается к своей порочной задаче, и меньше чем через тридцать секунд я даю этой женщине то, чего она хочет.
– Деми, – стону я, когда дохожу до кульминации.
Она твердо держит губы вокруг меня, глотая все, что у меня есть. Я мертв. Она меня убила. Она идеальна.
Деми оставляет мягкие поцелуи на моем еще твердом стволе, пока я спускаюсь с вершины, и затем с улыбкой натягивает на меня шорты. Аккуратно вытирая рот запястьем, она поднимается на ноги, застегивает у меня молнию и встает на носки, чтобы накрыть мои губы своими.
Я углубляю поцелуй, и, почувствовав себя на ее языке, почти рвусь снова все повторить. Я дрожу.
