– Я знаю, что это неловко, но… мне не надо беспокоиться из-за каких-то заболеваний с твоей стороны, да ведь?.. – Вопрос повисает в воздухе.
Он отвечает с абсолютной уверенностью:
– Я на сто процентов чист. Нас в команде регулярно проверяют. Могу показать тебе последние результаты, но они месячной давности.
– Нам надо провериться вместе, – предлагаю я. – На самом деле, я… – Я замолкаю от внезапного ужаса. – О боже. Я должна была провериться сразу же после того, как узнала про Нико. Черт побери, Хантер! Он спал с другими девушками.
Что если у меня что-то есть?
Он грустно хмыкает.
– Ну, сейчас уже ничего не поделаешь, потому что последние полчаса я тебе лизал. Но знаешь что, сейчас мы воспользуемся презервативом, а потом, если мы захотим повторить, то вместе поедем в клинику.
– Прикольно звучит! Парная проверка на ЗППП!
Он смеется. Я рада, что он посчитал это веселым и не прокомментировал слово «парная». Это все равно просто фигура речи. Я знаю, что это означает, а что – нет.
Когда Хантер берется за основание члена, чтобы надеть презерватив, я начинаю аплодировать.
– Смотри-ка, ты от этого не кончил!"
"– Ну да, просто разговор о болезнях обычно немного убивает настрой.
– Хочешь сказать, настроя у тебя уже нет?
Он проверяет, как сидит презерватив, и его эрекция торчит, как железный кол.
– Это похоже на то, что у меня нет настроя?
Я хихикаю.
– Я просто хочу сказать, что, может быть, продержусь немного подольше.
– Хорошо. Войди уже в меня.
И вот мы опять целуемся, и он снова на мне.
Я все еще мокрая и более чем готовая. Хантер входит в меня и, как только член оказывается во мне на всю длину, отчаянно матерится, прижавшись к моему рту.
– Мать твою, в тебе так приятно.
Он подается назад и погружается обратно.
– Черт, черт, черт, черт, черт. Почему заниматься сексом так приятно? – Его пропитанные похотью ругательства нагревают между нами воздух.
– Заниматься сексом или заниматься сексом со мной? – Да, даже во время акта совокупления я не перестаю напрашиваться на комплименты.
– Заниматься сексом с тобой, – хрипло говорит он.
– То есть с кем-то другим это было бы не так приятно?
Он качает головой, щекоча темными волосами мне щеки.
– Я не уверен, что это вообще когда-то было так приятно.
Наверняка сейчас в нем говорит восьмимесячное воздержание, но мне нравится думать, что дело во мне.
Он начинает двигаться, и я подаюсь навстречу каждому его толчку, приподнимая задницу.
