С ухмылкой он хлопает меня по плечу и возвращается к остальным.
Деми смотрит на меня с изогнутой бровью.
– Ого. Это была демонстрация силы?
– Нет.
– Да ладно? То есть ты выгнал моего партнера без причины? И что мне теперь делать? – Она упирает руку в бок. Мы окружены другими танцорами, но никто из нас не двигается.
– Ну. Наверно, мне придется это сделать, – говорю я, подавая ей руку.
Она выдавливает улыбку.
– Долго же ты решался.
Я притягиваю ее к себе, держа ее за талию. Деми кладет одну руку мне на плечо, а другую – на затылок, легко обхватывая пальцами мою шею, и мы начинаем двигаться под бит.
К счастью, нижние части наших тел не соприкасаются, поэтому я не чувствую агонию из-за того, что она трется об меня. Такой опыт был бы слишком сложным для моего члена.
Хотя нет. Теперь она трется об меня.
Следствие: у члена сложности.
Я пытаюсь отодвинуть бедра от ее сексуального тела, но это вызывает раздраженный вздох в мою сторону.
– Ты тоже должен танцевать, Хантер. Нельзя просто стоять.
– Я танцую, – возражаю я.
– Твое тело в метре от меня! Где ты учился танцевать? В пуританском лагере? Зачем ты вообще вклинился?
Я пожимаю плечами.
Деми на секунду задумывается. А потом триумфально хохочет.
– О боже, ты ревновал! Тебе не понравилось смотреть, как я танцую с Дином!
Еще одно пожимание плечами.
– Ха! – Она настолько ниже меня, что ей приходится потянуть мою голову вниз, чтобы достать губами до моего уха. – Признай это, – шепчет она.
Мои губы пододвигаются к ее уху.
– Хорошо, – шепчу я в ответ и с удовлетворением чувствую, как по ее телу пробегает дрожь.
– Может быть, немного ревновал. Но это была ненастоящая ревность.
– Что это, черт возьми, значит?
– Это была телесная ревность.
– Такой не бывает.
– Бывает. Тела ревнуют, когда видят другие тела близко друг к другу."
"– Ясно. Напоминай себе об этом.
Мне приходится напоминать себе об этом, чтобы оставаться в своем уме. Нельзя, чтобы у меня возникли чувства к Деми. То есть, естественно, она мне нравится.
Она потрясающая, и нам весело вместе. Как друзьям.
Я не хочу разрушать нашу дружбу.
Но Деми, похоже, одержима тем, чтобы сжечь ее дотла.
– У меня есть тайна, – дразнит она, показывая мне, чтобы я опять наклонил к ней голову.
– Да? – Мой голос звучит по-глупому хрипло.
Ее дыхание щекочет мочку моего уха.
– Я сейчас сделаю то, что тебе не понравится.
Как дурак, я спрашиваю:
– Что сделаешь?
И вместо ответа Деми наклоняет голову и накрывает мои губы своими.
