Команда Дина разносит своего противника, забив пять голов и получив лишь один. Я отмечаю, что Дин – потрясающий тренер, он хвалит своих игроков каждый раз, когда они возвращаются на скамью. А одной девочке он даже долго шептал что-то на ухо между сменами линии, расточая свою мудрость. Когда она возвращается на лед в следующую смену, то играет по отскочившей от товарища по команде шайбе. Даже без гола за пазухой она улыбается Дину до ушей, когда ее линия уходит со льда. Это отличительная черта прекрасного тренера: он может заставить тебя почувствовать себя непобедимой независимо от победы или поражения.
После этого надирания задниц мы встречаемся с Дином в вестибюле.
– Мне надо скоординироваться с другими учителями, чтобы отвезти девочек обратно в отель, – говорит он. – Я поеду с ними на автобусе, но потом хочу куда-нибудь сходить. Я могу присоединиться к вам попозже.
– Тебе не надо остаться с девочками? – спрашивает Гарретт.
– Боже, нет. Их сопровождают родители, малыш. Я сделал свою работу и теперь хочу уйти на хрен отсюда.
Я последние два дня был окружен девочками-подростками. – Но он говорит это в шутку, и я знаю, что он гордится сегодняшней игрой своей команды. – Вы с нами?
– А куда вы хотите пойти? – спрашивает его Деми.
– М-м-м. Ну, по субботам в клубе «Эксодус» латинские вечера.
Она закатывает глаза.
– Почему ты при этом посмотрел на меня? Потому что я латиноамериканка?
Он закатывает глаза в ответ.
– Нет, потому что ты задала мне вопрос, куколка. Ну так что вы скажете?
Деми глядит на меня с безмолвным вопросом: «Пошли?»
– Конечно.
– Я пожимаю плечами. – Почему бы и нет, черт возьми.
Ханна Уэллс встречает нас у клуба. Тут огромная очередь на вход, но Дин без колебаний подходит к вышибале и шепчет ему на ухо имя. «Чувак, нельзя заставлять Гарретта Грэма ждать в очереди», – вероятно, говорит он. И секунду спустя нас пропускают под бархатной веревкой.
Наша маленькая группка идет по почти непроглядному коридору на звуки тяжелых басов и испанской гитары.
В конце холла есть гардероб, и мы скидываем там наше зимнее снаряжение.
– Я слышал, твоя карьера автора песен пошла в гору, – дразню я Ханну с улыбкой.
– Да, все неплохо, – скромно говорит она.
– Ты была сегодня в студии с Делайлой Спаркс. Это больше чем «неплохо».
– Вот именно. Я даже думать об этом не могу. Это что-то сверхъестественное.
При входе в клуб мне в глаза ударяет свет кучи стробоскопов. Ревет музыка, жара просто нереальная.
