Капли воды стекали по загорелому лицу. Тяжелый взгляд прожигал дыру в ее глазах. А в руках не было и намека на то, что Марс ее отпустит.
— Я закричу! — предупредила девушка.
— Не успеешь, — усмехнулся парень.
И Жас поняла, да, не успеет.
Сильное, возбужденное тело удерживало ее в плену, не оставляя шанса на побег. Властные губы запечатали ее рот, отбирая дыхание. А в живот упиралось физическое подтверждение намерений Марселя.
Этот поцелуй отличался от того, что этот кретин украл у нее вчера. И уж тем более разнился с теми, которые она дарила Мирославу.
Он вообще был другим. Диким. Яростным. Бескомпромиссным. Он дезориентировал ее. Выбивал почву из-под ног. Пробуждал непростительные и порочные мысли.
Она опять хотела укусить его. И укусила. Но взамен того, чтобы разозлиться, этот придурок издал странный, гортанный звук. Жас ощутила эту вибрацию своей грудью, отчего напряглись соски.
— Пусти! — зашипела девушка прямо в наглые губы, но Марс только крепче перехватил девичий подбородок, не позволяя отстраниться и нырнул языком глубже в ее рот.
Она хотела вытолкнуть ненавистный варварский язык со своих законных территорий. Но вышло все иначе...
Каким-то чудом Марсу удалось вклиниться меж ее бедер и поднять выше. И теперь девушка вынуждена была цепляться за его плечи, как за спасательный круг.
А поцелуй все не заканчивался. Парень словно сорвался, перестал сдерживаться, сметая любые преграды на пути к цели.
Жасмин пыталась вывернуться, но сильные руки намертво приклеились к ее талии, бедрам, спине.
А тонкая ткань купальника едва не рвалась от напора возбужденной плоти.
Нет, ну это ведь уже ни в какие ворота! Но вместо возмущения с губ Жасмин слетел приглушенный мужским ртом полустон.
— Да, детка, ты ведь тоже этого хочешь, — расслышала Жасмин хриплый шепот у своего уха.
— Чертов ублюдок! — прошипела Жасмин и попыталась размахнуться, чтобы ударить нахала.
Но ее руку перехватили. Хорошо, что для этого Марсу пришлось выпустить ее. Жас все же дотянулась до мужской щеки.
Пощечина вышла смазанной, больше похожей на ласку.
Но Жасмин размахнулась еще раз. В этот раз вышло эффектнее.
И, возможно, небеса сжалились над ней, но Марс выпустил ее. И Жас поплыла, очевидно, претендуя на мировой рекорд. Но было плевать, главное, оказаться подальше от этого беспринципного скота.
Прохладная вода остужала мысли, а заодно и пылавшие гневом, смущением и ... вожделением щеки.
Было невероятно стыдно за, что она не стала вырываться сразу, а замешкалась.
