Никуда она не денется.
Приняв решение, Марс поднялся по лестнице, сменил брюки и рубашку на более приемлемый и удобный наряд. В конце концов, ночная жизнь только начинается. И не стоит куковать здесь, когда все веселье в городе.
Марс спустился в холл, когда входная дверь распахнулась и в дом ввалилась смеющаяся парочка.
Тарновский машинально отметил, что прическа у девчонки изменилась. Растрепалась, будто в ней побывали мужские пальцы. Да и взгляд определенно светился удовольствием. И улыбка — широкая и соблазнительная.
И времени прошло довольно много. Уж Марс точно успел бы трахнуться и добраться до особняка. И у Мирослава никогда не было проблем с потенцией.
Выходит, пока он тут, как идиот, мерил шагами гостиную, эти двое...
Злость становилась сильнее. И Марсель решил, что определенно нужно проветрить мозги. Иначе слишком уж странно и непривычно он ведет себя. По-идиотски.
— Жас, подождешь? Я сейчас принесу выпивку. Есть повод отметить, — веселый голос брата вклинился в тяжелые мысли Марса.
Он хотел уже свалить, просто пройти мимо смеющихся голубков. А теперь вдруг задержался.
— Только мне что-нибудь некрепкое! — спохватилась Жасмин.
— Лимонад? — поиграл бровями Мир, полностью игнорируя застывшего на отдалении нескольких метров брата. Ну или, действительно не видел? Не исключено. Марс не прятался, просто стоял в небольшой плохо освещенной нише.
— Ну уж нет! Я уже взрослая, — хохотнула Жасмин, игриво хлопнула Мирослава небольшой сумочкой по предплечью.
Идиоты, блин. Так и хотелось отвесить Миру подзатыльник и спросить, какого хера он «поплыл» перед этой мелкой бабой.
А тем временем Мирослав оставил Жасмин. Девчонка сделала несколько шагов в сторону гостиной и застыла.
— Привет, — негромко произнес Марс, а на лице — широкая и обольстительная улыбка.
Он знал, что морда у него смазливая. Бабы так и тают, стоит правильно улыбнуться. И Тарновский этим пользовался. И если учесть, что почти каждый день Марс по пару часов торчал в спортзале, то да, цену своему телу он знал.
Жасмин, вскинув брови, отвернулась. Не удостоила его ответом.
А Марсель понял, что такой расклад его бесит. Да что за дела? Какого хрена она о себе возомнила?
Потому Тарновский, недолго думая, ринулся к девчонке. Рывком развернул ее, а когда длинные локоны взметнулись и окутали его плечи и лицо, Марс выдохнул.
Черт, и приятное такое ощущение. Будто шелком огладили.
Марс дальше не думал. Взял, что хотел. А хотел он пухлые розовые губы и юркий язычок.
