Неделю назад Бискай загнал в угол барсук, и Ланди мгновенно бросилась на выручку подруге. Терьеры разорвали бы зверя на части, если бы егерь не отогнал их лопатой.
Водя языком по пустым дёснам, он всё выглядывал собак. В просвете в листве мелькнула Бискай, сжимая что-то в пасти. Глаза покалывали иголки закатного солнца, что пронизывало зелёный навес; егерь прищурился, но не смог рассмотреть, что же добыла собака.
Он набил себе под губу ещё немного табака, высосал из него густой сок и сплюнул. Вот же засада, потом придётся выковыривать кровавое месиво из зубов терьеров, пока по радио бубнят прогноз погоды.
Посмотрев вниз, он увидел, что земля под ногами взбита оленьими копытами, и переложил ружьё в другую руку.
Егерь мечтал обойтись без стрельбы, но знал, что надеется зря: в воздухе стоял свежий животный запах, от которого по коже бежали мурашки, – так, как на морозе пахнет горячей кровью.
И пока собаки крались среди теней, старый егерь продолжил шагать, дыша в ритме леса, прямиком к охотничьим угодьям и секрету, который защищал все эти годы.
14. Ворон
Марио отпустил Сепа пораньше. Магазинчик к вечеру притих, да и с уборкой они уже почти закончили.
– Конечно, иди, – сказал здоровяк, придерживая ставни, чтобы Сеп мог под них поднырнуть. – Очень странно, что все холодильники разом перестали работать, но я и сам тут управлюсь. А ты иди. И помни, мой Сеп: дружить всегда трудно; иногда нужно немного усмирить свою гордость.
Сеп ничего не ответил. Марио потрепал его по голове и рассмеялся.
– Придёшь завтра днём, поможешь вымыть холодильный склад?
– Не знаю. Мне ещё заявление дописывать…
– Ну ничего, – покачал головой Марио. – Сам сделаю.
– Нет-нет, я приду, извини. Заявление подождёт.
Марио просиял.
– Спасибо, мой Сеп. Ты хороший парень. Помнишь, какой код у склада?
– Э… ну…
– Особый день для Марио и Греции, – захохотал ветеринар. – Ты помнишь что угодно, но не это! А теперь поспеши, надвигается шторм – и постарайся не столкнуться по пути с жирдяем.
Если пристанет, бей первым.
Грек отпустил ставни, и те с грохотом опустились вниз.
Сеп закатил глаза, но оставил наушники в сумке и не снял доску со спины. Музыка и скрежет колёс наполняли голову звуками, «ослепляли» здоровое ухо, а он не хотел попасть впросак, если Дэниелс его правда где-то поджидает.
Вдобавок теперь, на улице, не на шутку разнылся зуб.
Сеп посмотрел на небо. Облака были слишком густыми и заслоняли звёзды, не говоря уже о комете.
