В разных разговорах я уловила, что такие как я могут получить работу в специальной организации. Там работал Даня. Я бы хотела позвонить ему, но боюсь, что он за одно с Маринкой не даст мне это сделать. Кого спросить, если есть другие такие же или, может быть, я знаю кого-то, кто там работает, помимо Данилы? Если Максим смог так легко зайти в то здание, значит, он или там работает, или с кем-то знаком. Но я не хочу обращаться к нему снова за помощью. Я только что установила границы и не пустила его во двор. И теперь что, идти к нему и просить прощения? Сказать, что это была шутка? И какой-то он упоминал о долге.
Сижу и думаю, Лика, что тебе больше нужно — деньги или гордость?
А может быть, дождаться деда, когда он вылезет из леса, и посоветоваться с ним?Тут зазвонил телефон. Номер мне был незнаком, и я с опаской ответила:
— Алло?
— Здравствуй, Лика. Это был Даня, и он мне звонил. Почему у меня нет его номера? Значит, это другой.
— А тебе-то что? Зачем звонишь? Чем я могу тебе помочь? Ну да, сейчас из меня помощник еще тот.
— Это я могу тебе помочь. До меня дошли слухи, что тебе нужна работа. Так я, поэтому, и звоню, предложить тебе работу.
Как он узнал? Я уволилась пять минут назад. Или мое увольнение было дело решенное до заявления? Значит ли это, что Данина контора позаботилась, чтобы у меня выбора не осталось, и шеф лишь сыграл роль, которую дали? Походу меня пытаются поставить перед ультиматумами, и эти скотины не щадят ничем. Обидно, что в этом участвует тот, кого я считала другом, даже если в последнее время мы не разговаривали.
Несколько мгновений назад я думала, что стоит обратиться к Дане, а сейчас понимаю, что не надо этого делать.
— Чушь! Кто тебе такое сказал? Быстро ориентировалась я. Ненавижу, когда пытаются мной манипулировать.
— Лика, я хочу тебе помочь. Почему ты сопротивляешься?
Ага, ваша помощь, дорогие друзья, мне болезненно обходится.
— Ты хочешь мне причинить добро так же, как и твоя невеста? Я очень хотела знать, если Даня за одно с Маринкой.
— Не понимаю о чём ты.
Я позвонил, чтобы предложить работу, а ты нападешь на меня и обвинишь Маринку в каких-то непонятных намерениях. Голос Дани стал холодным.
А вот сейчас было неприятно. Он даже не спросил, почему я так решила. Обрезал мои намеки и всё. Ему точно не интересна, что я думаю по этому поводу, он идет к своей теле.
— Нет, Даня, у тебя неправильные сведения. Я обеспечена работой, и с тобой точно не хочу иметь дела.
— Лика, постой...
Я положила трубку.
